Жизнь без прикрасК вечеру они гуляли среди садовых цветов. Лариса держалась рядом, чуть позади; ветер приносил их аромат, а солнце уходило за купола. Тарик остановился.
— Вы замечали, как красиво умеет обманывать закат? Кажется, всё спокойно, хотя небо внутри горит.
— Возможно, никакого обмана и нет, — отозвалась она. — Возможно, это тоже способ сказать о боли.
— Снова вы правы, — улыбнулся он.
— Привыкайте, — рассмеялась Лариса.
— Нет. К вам привыкнуть невозможно.
От его взгляда у неё перехватило дыхание. Она отвела глаза, чувствуя жар в щеках. Тарик заметил её смущение и чуть улыбнулся.
— Простите. Не хотел вас смутить. Вы напомнили мне, что значит жить.
Позже, за отчётом о состоянии пациента, Лариса услышала стук. Тарик вошёл один, без сопровождающих.
— Всем врачам за эти годы не удалось дать мне столько, сколько вы дали за один сегодняшний день.
— Что именно?
— Я поверил вам: завтра может оказаться лучше.
Он стоял слишком близко. Во встретившихся взглядах было больше, чем благодарность, и Лариса поспешила опустить глаза.
— Спасибо, господин.
— Нет, Лариса. Это тебе спасибо.
Он ушёл. После него остались запах сандала и непонятное лёгкое чувство, от которого её сердце билось чаще.
Ночь была тихой, но уснуть Лариса долго не могла. Граница между врачом и женщиной истончилась, как никогда прежде. Его исцеление ещё только начиналось — и в глубине души она чувствовала, что вместе с ним начинает исцеляться сама.
Неделя прошла в непривычном покое. Дворец ожил: в саду пели птицы, слуги улыбались. Вместо того чтобы сутками прятаться в комнате, Тарик выходил на террасу, пил чай, со всеми здоровался.
— Смотрю и не верю, — говорила Сальма, качая головой. — Он ведь смеётся! Шутит!
— Немного дыхания и немного веры, — улыбалась Лариса.
— Его вера — это вы, доктор.
Лариса промолчала. В груди защемило: ей не хотелось выдавать, насколько сильно она уже привязалась к пациенту.
Дыхательные практики стали первым занятием каждого их утра. Тарик садился напротив неё спиной к солнцу, прикрывал глаза.
— Вдох, выдох, — задавала ритм Лариса. — Оставьте прошлое. Подумайте о том, что у вас есть сегодня.
— У меня есть только вы.
Она сбилась.
— Господин, я ваш врач. Только врач.
— Может быть. Но стоит вам замолчать, я слышу тишину. А в ней нахожу покой.
Он открыл глаза. Между ними словно проскочила невидимая искра, от которой всё внутри вспыхнуло. Лариса отвела взгляд.
— Давайте закончим сеанс, — прошептала она.
Днём, разбирая лекарства, она обратилась к досье. Новых жалоб почти не оставалось: приступы прекратились, боль отсутствовала, сон нормализовался. Лариса внесла запись: «Положительная динамика, возможно, полная ремиссия». Но сама чувствовала: дело не сводилось к терапии. Не дыхание возвращало его к жизни — чувство.
Как-то вечером она получила от Тарика приглашение выйти в сад.
— Мне хочется показать вам одно место.
Среди огней и жасминового запаха журчал ручей. Тарик довёл её до маленькой белокаменной беседки.
— Мы приходили сюда с Лейлой. Она смотрела на звёзды и говорила: каждая помнит кого-нибудь из ушедших.
— Как красиво. Значит, одна из звёзд теперь принадлежит вам.
Он поднял глаза к небу.
— Возможно. Сегодня впервые смотрю на них, и мне не больно. — Он повернулся к Ларисе. — Это ваша работа?
— Нет, Тарик. Ваша собственная.
— Тогда отчего мне так легко с вами?
Она опустила глаза.
— Я вижу человека. Титул здесь ни при чём.
Тарик приблизился на шаг.
— А если этот человек хочет быть с вами не только пациентом?
Лариса замерла. Пока ветер шевелил её волосы, звёзды отражались в глазах Тарика.
— Не говорите так. Это неправильно.
— Но и вы чувствуете то же.
— Я чувствую… — Она вздохнула. — Что врачу нельзя забывать о границе с пациентом.
— Иногда границу проводят, чтобы однажды её переступить.
Он протянул руку, и Лариса отступила.
— Не сейчас, Тарик.
— Хорошо. — Он кивнул; в его взгляде были нежность и понимание, без обиды. — Только знайте: вы вернули мне не одну жизнь. Сердце тоже.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.