Утром Оксана вышла к завтраку, когда Галина Петровна рассказывала Денису, что «эта девка окончательно разрушает семью». На столе стояли чашки, хлеб, остывающая каша; всё выглядело так буднично, будто в этой квартире не шло расследование кражи.
— Доброе утро, — сказала Оксана спокойно. — Галина Петровна, вы ведь так переживаете за репутацию. Давайте соберём семейный совет. Позовём ваших подруг, тех, что были здесь вчера. Моих коллег тоже можно. Расскажем всем, как вы продали гарнитур.
Свекровь поперхнулась кофе.
— Что ты несёшь? Ты блефуешь.
Оксана положила телефон на стол и открыла сохранённую переписку. На экране появились слова Дениса: «Она не должна знать. Продадим её побрякушки».
Галина Петровна побелела.
— Это подделка. Сейчас что угодно можно состряпать.
— Нет, — Оксана покачала головой. — Это ваша переписка. И банковские операции тоже ваши. А теперь ещё одно: страховая служба уже готовит документы в суд. Там речь не только о краже. Если вы пытались скрыть продажу и свалить всё на меня, это уже отдельная история.
Денис вскочил так резко, что стул ударился о стену.
— Ты совсем сошла с ума? Это моя мать!
— А я твоя жена, — ответила Оксана, не повышая голоса. — Та самая, которую вы вдвоём унизили на свадьбе, а потом обокрали во время медового месяца.
Галина Петровна схватилась за грудь.
— Денисик, вызови врача. Она меня до смерти доведёт. Змея, а не жена.
Оксана открыла папку, которую передал Тарас.
— Здесь запросы по незадекларированному доходу от продажи антиквариата. Восемь миллионов — слишком крупная сумма, чтобы делать вид, будто её не было. И карточные долги Дениса тоже всплыли. Его начальник уже знает.
Денис побледнел.
— Ты нас подставила.
— Нет. Вы сами всё сделали. Я только перестала молчать.
В дверь позвонили. Денис дёрнулся. На пороге стояли двое судебных исполнителей и следователь.
— Галина Мельник, Денис Мельник, — произнёс следователь, раскрыв документы, — на основании определения суда проводится арест имущества до выяснения обстоятельств: квартира, автомобиль, счета.
Галина Петровна закричала уже без привычной театральности.
— Это она! Она отца подговорила! Мы ничего не крали!
Следователь посмотрел на Оксану.
— Оксана Коваленко, вы подтверждаете ранее данные объяснения?
— Подтверждаю, — сказала она. — И готова пройти любую проверку.
Денис вдруг схватил её за руку и резко потянул к спальне.
— Сейчас же позвонишь отцу и скажешь, что всё отменяется. Иначе я…
Он не договорил. В дверном проёме появился Тарас. Он просто встал и посмотрел на Дениса так, что тот сразу разжал пальцы.
— Не трогайте её, — тихо сказал Тарас. — Роман Андреевич просил передать: следующий раз — не предупреждение.
Оксана посмотрела на красные следы от пальцев на руке. Её первый ответный удар попал в цель. Она не убежала и не стала снова удобной. Но Галина Петровна, даже когда судебные исполнители описывали технику, нашла силы наклониться к сыну.
— Звони начальнику ещё раз, — прошептала она. — Найди кого-нибудь, кто прижмёт этого сторожа. У нас тоже есть связи. Мы не можем так просто проиграть…
