Он помрачнел.
— Ты думаешь, на Викторе всё закончилось?
— Нет.
Павел медленно кивнул.
— Правильно думаешь. У Матвея были завистники. Родня тоже не вся чистая. Особенно двоюродный брат, Глеб. Он всегда боялся, что Матвей поднимется выше него, обойдёт его в деле, станет уважаемым человеком.
Это имя стало новым узлом в спутанном клубке. Вечером я рассказала бабушке обо всём, что узнала. Дарья слушала молча, поправляя очки на переносице.
— Люди иногда ненавидят не за причинённое зло, — сказала она. — А за то, что рядом с другим они чувствуют собственную пустоту.
Я понимала, что она права. Но от этого тревога не становилась меньше. Кто-то явно не собирался отступать.
Через несколько дней в отдел пришло письмо без подписи.
«Ваш Серин ещё не расплатился. Отойдёте — останется жить. Продолжите — потеряете его навсегда».
Инна выхватила лист, быстро пробежала глазами и побледнела.
— Это уже не просто угрозы, Лида. Ты сама под ударом.
— Я давно живу рядом с опасностью, — сказала я.
Но внутри стало холодно.
Мы подключили специалистов. Удалось выяснить, что письма отправляли из небольшого компьютерного клуба на окраине города. Я поехала туда вместе с Инной.
Владелец, полный мужчина в растянутом свитере, нервно теребил очки и всё время оглядывался.
— Да, был один парень, — сказал он. — Высокий, худой, в тёмных очках. Пару раз приходил, письма отправлял. Один раз говорил по телефону. Кажется, произнёс имя Ирина.
Я нахмурилась. Снова Ирина? Но она уже призналась в суде. Значит, кто-то использовал её имя. Или держал её историю как прикрытие.
В ту ночь я долго не могла уснуть. Дарья заварила чай с мятой и поставила передо мной чашку.
— Всё глубже уходишь в эту тёмную воду, внучка.
— А если другого пути нет?
