
Константин Павлович Яблонский мог позволить себе лучших врачей, но ни один из них не обещал, что лечение поможет. Несколько месяцев назад ему поставили диагноз: болезнь сердца, которая продолжала развиваться. Осложнения прибавлялись, каждая следующая неделя становилась опаснее. Несколько тяжёлых приступов уже остались позади; после каждого он долго приходил в себя.
Константин умирал.

Он принадлежал к богатейшим людям страны. Строительные предприятия, гостиницы, торговые центры, десятки дорогих квартир — всё это было его собственностью. Банкиры, политики и руководители крупных компаний знали Яблонского, а журналисты годами пытались выяснить, в чём заключался секрет его успеха. На окраине столицы, среди вековых деревьев и ухоженных садов, за высоким железным забором стоял его особняк.
Теперь Константина пугала даже не сама смерть. Страшнее было уйти, так и не разобравшись, кому он мог верить. Жену он потерял семь лет назад. Единственный сын, Вадим, давно обосновался за границей и приезжал лишь тогда, когда возникали вопросы наследства или семейного бизнеса. В последнее время его забота о здоровье отца стала особенно настойчивой: он расспрашивал о медицинских заключениях, а заодно — о том, кто примет управление компанией после смерти Константина. Отец замечал этот интерес, но худшего предположения к себе не допускал.
В тот дождливый вечер у него на коленях лежал старый альбом. Константин сидел у окна гостиной; рядом, на столике, стояли лекарства. Дождь делал сад похожим на тёмное зеркало, но хозяин долго смотрел на улыбку жены на фотографии. От альбома его отвлёк стук.
Пожилой управляющий Степан Юрьевич сообщил: — У ворот женщина. Промокла до нитки, совсем истощена. Просит немного горячей воды.
Константин устало закрыл альбом. Прежде охрана сразу выпроваживала просителей: приближаться к дому незнакомцам он не разрешал. На этот раз распоряжение оказалось другим.
— Приведите её сюда.
Через несколько минут женщина уже стояла в гостиной. Ей было около тридцати пяти лет. Старое пальто, мокрая обувь, прилипшие к лицу волосы; её трясло, она устала, однако держалась прямо. Звали её Оксана. Для всего города эта бездомная была никем. Константин увидел в её глазах настоящую боль — впервые за много лет ему встретился такой взгляд. Именно эта боль, а не жалость к промокшей просительнице, стала для него причиной дать ей приют.
— Спасибо, что разрешили согреться, — тихо сказала она. — Дождь закончится, и я уйду.


















Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.