Копирование запрещено

Тексты Realish защищены авторским правом. Публиковать их на других сайтах, в соцсетях и группах без разрешения редакции нельзя.

Копии в Facebook мы обжалуем: их удаляют, а за повторные нарушения страницы и группы могут заблокировать.

Поделиться историей можно ссылкой.

Она приехала продать дом своей матери…

Она приехала продать дом своей матери…
Часть 1 из 11

К сентябрю Тамара Лисовская собиралась закончить с продажей материнского дома. Всю дорогу из города рядом с ней лежали документы, распечатанное объявление для риэлтора и список: разобрать кладовую, вывезти старую мебель, проверить крышу, заняться участком, найти покупателей. На заднем сиденье дремала шестнадцатилетняя Ира. Лето в селе вместо моря её совсем не радовало.

Стоял конец мая. Черёмуха отцвела, а сад за домом разросся такой густой зеленью, словно за последние два года здесь никто не умер и не уехал, а о продаже и речи не было.

Она приехала продать дом своей матери…

Открыв калитку, Тамара вдохнула запах прогретой травы. У крыльца лежали дрова — сухие, ровно распиленные, свежие, без зимней серости. На колодце появилась новая крышка; в сарайных петлях блестели два шурупа.

— Мам, тут живёт кто-нибудь? — негромко спросила Ира.

Тамара посмотрела на закрытые окна.

— Нет.

Из соседнего двора донеслась пила. Несколько минут спустя к забору вышел высокий мужчина немного за пятьдесят, в вылинявшей рубашке с подвёрнутыми рукавами, с рабочими перчатками. Тамара не сразу вспомнила его: виделись они однажды, на материнских похоронах.

— Вот и приехали.

Он произнёс это без вопроса, словно давно ожидал их именно сегодня.

— Вы Андрей? Андрей Романюк?

Сосед кивнул в сторону поленницы.

— Нина Васильевна с осени просила, чтобы сухие дрова всегда были. Её потом не стало, а я всё равно заготавливал.

От этой помощи Тамаре сделалось неловко.

— Благодарю. Только теперь не надо.

— Отчего? — Он посмотрел на неё.

— Дом будет продаваться.

Андрей несколько секунд молчал, разглядывая крышу, сад, кухонное окно. Взгляд был такой, будто он знал здесь гораздо больше, чем полагалось знать соседу.

— Скоро?

— К концу лета. Если получится, раньше.

Он не спеша снял перчатки.

— Тогда, если есть возможность, повремените с продажей до осени.

— Зачем? — Тамара нахмурилась.

— За лето ещё не разберётесь, хочется ли вам отсюда уезжать, — ответил он, глядя ей в глаза.

— Я отсюда двадцать семь лет назад уехала, — усмехнулась она.

— Потому и говорю.

Тамара хотела спросить, почему её дом, мать и её решения вообще его касаются. Но он уже отошёл от забора.

— Оставаться я вас не уговариваю, — продолжил Андрей. — Только подождите осени.

Сосед, решила Тамара в тот день, позволяет себе лишнее.

До райцентра отсюда было сорок километров; до города, в котором она прожила последние двадцать семь лет, — около трёх часов. Прежде расстояние казалось громадным. Теперь хватало бака бензина, двух остановок выпить кофе и нескольких разговоров по телефону, чтобы его одолеть.

В свои сорок девять Тамара работала бухгалтером в небольшой строительной фирме и жила в двухкомнатной квартире. После развода прошло семь лет. С Виктором они разговаривали спокойно. Старший, Кирилл, в свои двадцать два учился и подрабатывал в сервисном центре; Ира заканчивала десятый класс и признавала жизнь там, где еду привозят и после десяти вечера.

Нина Васильевна так и осталась в селе. Сколько ни звала её Тамара к себе, мать отмахивалась:

— Да я у вас на третий день со скуки пропаду. Тут земля, люди, Хмара через дорогу. Проснусь — хоть понятно, на кого сердиться.

Два года назад матери не стало. Всю первую зиму дом стоял запертым. Позже Тамара приезжала несколько раз, всякий раз на день: проветрить комнаты, заплатить за электричество, собрать листья. Вещей она не трогала. Всё ещё казалось, что это ненадолго; даже материнская смерть почему-то воспринималась как обстоятельство, к которому можно вернуться и что-нибудь поправить.

Этой весной директор объявил: до сентября часть бухгалтерии будет работать удалённо. Тогда Тамара и решила разобрать дом за лето, а с продажей закончить всё остальное.

— А там интернет-то работает нормально? — спросила Ира, узнав о поездке.

— Работал.

— Это ещё при бабушке?

— Ира, она ведь не в десятом веке жила.

— Когда мы по видео разговаривали, не всегда было заметно.

Первый вечер ушёл на ставни и покрывала: открывали окна, пыльные покрывала выносили на веранду. Сухие травы, дерево, застоявшийся воздух комнат — этот запах возвращал Тамару в детство быстрее любой фотографии. В кухонном шкафу нашлась прежняя банка с лавровым листом, на подоконнике лежала мамина деревянная ложка. А у кладовой, на дверном косяке, уцелели карандашные чёрточки: сперва росла Тамара, потом Кирилл, потом Ира…
Какое впечатление оставила история?
Выберите одну реакцию — её можно изменить.
Слово читателям

Поделитесь впечатлением от истории

2

Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.

Оставьте свой комментарийЗначок подберётся по имени сам — или .
Без регистрации

Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.

С вами случалось похожее?Расскажите свою историю — мы опубликуем её на Realish. Имена и места по вашему желанию изменим.Рассказать свою историю
Марта ПетрівнаУкраина

Полегшення,Розумний вчинок,я би теж так зробила.Гроші як вітер,раз і нема.

ЛюбовьФинляндия

Правильно сделала что дом оставила,Самой в радость и детям тоже.И Любовь пришла,когда ее не ждали.

Все обсуждения

Ещё из рубрики «Семья»

Все истории рубрики