Жизнь без прикрас— Мам, мне нехорошо. — Варя подошла сзади, тяжело положила голову мне на плечо.
Я повернулась, коснулась её лба. Горячий. Липкий.
— Опять, родная? Где болит?
— В голове будто всё раскалывается… Живот крутит. И ноги ватные, — еле слышно ответила она.
Обнимая дочь, я мучилась своим бессилием. Крепкая девочка, спортсменка, за последние месяцы стала тенью себя прежней: бледное лицо, синяки под глазами, бесконечные слёзы. Стёпа тоже сделался вялым и капризным, даже во дворе перестал гонять футбольный мяч.
Я уговаривала себя: затянулся какой-нибудь вирус. Или в центре города стало совсем плохо с экологией. Внутри всё возражало против этих объяснений. Нас троих одолевала одна непонятная болезнь, хотя никто не кашлял, ни у кого не было насморка. Кровь сдавали — показатели оставались нормальными, пусть у самых нижних границ.
Мой взгляд упал на лекарственную полку с яркими баночками. Витамины. Шесть месяцев назад Максим привёз их из Германии, из своей «особой» поездки. Помнилось, каким оживлённым он тогда вернулся, какую большую коробку держал.
— Оксана, это лучший немецкий комплекс! — объявил он торжественно. — Экспериментальная разработка, здесь такую не купишь. Принимать будете все, ежедневно. Хочу, чтобы моя семья была здорова.
Так редко он проявлял заботу, что я с готовностью за неё ухватилась. Баночки муж выставил на самое заметное место в кухне. Дома приём контролировал сам, вечерами пересчитывал капсулы. Стоило обнаружиться пропуску — скандал.
— Детское здоровье тебе безразлично? Я огромные деньги отдаю, достаю то, чего нигде нет, а тебе лень проследить, чтобы выпили! — кричал он, брызгая слюной.
Без него порядок нарушался. Варя жаловалась на горечь, Стёпа давился слишком большими капсулами. Измученная собственным недомоганием, я нередко отступалась. И в командировочные дни, когда приём пропускали, всем понемногу легчало. Возвращался Максим, возвращал свой «режим» — болезнь наваливалась с удвоенной силой.
Я оборвала эти мысли: бред, наверное, от больной головы.
Звонок телефона больно резанул по ушам.
— Оксаночка, привет! Ну как ты, живая? — Любин голос был как глоток свежего воздуха.
— Всё с той же головной болью. Ничего нового.
— Нашла тебе хорошего невролога. Берёт дорого, приём платный, зато чудеса творит. Сходи обязательно, Оксан. Ты ведь как призрак выглядишь, уже не до шуток.
— Макс считает, что это психосоматика. Говорит, сама себя накручиваю.
— Да твой Макс… — Она не договорила. — Опять уехал?
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.