Невеста пригласила гадалку на свадьбу ради шутки, но та подошла к свекрови и указала на неё

— Сходи за мороженым. Я вчера на физкультуре ногу подвернула.

Девушка поспешила выполнить просьбу. Галина шептала ей вслед:

— Сережа мой. Я давно его люблю. Слишком много ты о себе вообразила! Не будет у вас счастья. Ни сына, ни дочери у вас не будет.

Картина разлетелась на тысячи осколков. Теперь Марина словно смотрела следующий кадр фильма: кухня, мужчина перед тарелкой остывшего супа, женщина со слезами в глазах.

— Сергей, я понимаю и приму всё как есть. Мы пятнадцать лет женаты, и всё это время ты был мне верен. Вместе ждали, когда дома зазвучат детские голоса, но я не могу иметь детей. Я не стану тебя держать. Иди туда, где твоя мечта скоро исполнится.

— Я всё ещё не умею без тебя жить, — ответил он. — Если сможешь простить, если примешь, буду жить на две семьи.

Телефонный звонок отвлёк женщину от разговора. Она ответила:

— Да, Галочка. Нет, я не плачу, показалось тебе. Конечно, завтра увидимся на работе, как договорились. Ты права, хорошо, что мы окончили один вуз и с тех пор не расставались. Я тебя тоже люблю.

Видение исчезло. Марина ненадолго провалилась в тёмную пустую пропасть. Возникло чувство, будто она оказалась на дне колодца, но вскоре оно прошло.

На смену темноте пришло чернильное небо с мириадами звёзд и лунным серпом. Марина снова наблюдала чужую жизнь. Лёгкие волны набегали на мелкую гладкую гальку; было тепло и ветрено, в воздухе плыл аромат цветущих магнолий. На парапете набережной сидели мужчина и женщина. Она наступала словами, он защищался.

— Я так ждала этой поездки! Думала, мы здесь будем вместе.

— Галя, я тебе ничего не обещал. Ты попросилась в отпуск с моей компанией. Почему из этого должен получиться курортный роман? Мне нравится другая. Давай на этом закончим, поставим точку. Пойдём лучше поплаваем.

Он снял шорты и майку, фыркнул и заметил, что вечером вода всё же прохладнее, чем днём. Галина ответила неискренней улыбкой. Купальника у неё не было, поэтому заходить в море она не собиралась даже теперь, когда вокруг почти ничего не было видно.

Мужчина отплыл подальше от берега. Глаза Галины сузились в тёмные щёлки. В голове её звучали злые слова:

— Плыви, неутомимый донжуан. Я тебе не подхожу? Тогда пусть никто за всю жизнь не подойдёт. Будешь романы заводить, только впустую. От женщин устанешь, а единственную не встретишь. Никому не дам выйти из воды сухим и счастливым. Раз вышло не по-моему, сто раз пожалеешь, что здесь, на этом берегу, был не со мной.

Во сне Марина горько вздохнула, но тяжёлые веки не поднялись. Рахул проверил её пульс. Опыт подсказывал ему, что пока не надо её тревожить: женщина пережила сильное потрясение, слишком много эмоций.

А Марине уже снилась новая сцена. В уютной однокомнатной квартире было мирно и спокойно. Ребёнок посапывал в кроватке. Под окном первого этажа раздался голос, и хозяйка поспешила к окну.

— Галочка, почему не заходишь? Посидим, поговорим. Паша нам свой фирменный кофе сварит. А у меня шарлотка только что готова — есть чем угостить!

Она распахнула дверь, помогла Галине снять пальто и длинный шарф. Мимо них мелькнул муж, торопящийся варить кофе. Обе женщины прошли следом в небольшую, со вкусом отделанную кухню. Хозяйка ласково гладила Пашу по спине.

— Что бы я без тебя делала, родной? Университет помог окончить, с сыном ночами сидел, пока я отсыпалась, а утром на работу бежал. Люблю тебя, мой верный помощник! — Она повернулась к Галине, продолжая говорить. — Не понимаю женщин, которые мужьям изменяют. Штамп в паспорте ведь не бирка «занято». Это две судьбы, сплетённые в один клубок. А иная вертихвостка при таком замечательном муже всё ищет приключений. Я бы никогда так не сделала.

Она спохватилась, начала раскладывать шарлотку по тарелкам и рассказывать о подходящих яблоках, которые удачно купила на рынке для этого британского пирога. Хозяйка говорила без умолку. Галина тем временем раздражалась всё сильнее: глаза темнели, пальцы сами собой сжимались в кулаки.

Чтобы не выдать зависть, она старательно отламывала пирог, запивала кофе. Затем резко поставила чашку и вонзила взгляд в спины подруги и её мужа. Внутри каждое слово звучало раздельно, по слогам: