Жизнь без прикрас
Цыганка остановилась возле нищенки: «Эти руки знают то, что ты о себе забыла»
Кирпичи под ногами спасали торговок от холодного асфальта. Вдоль рыночной ограды тянулся ряд прилавков; над ними перекликались голоса, обсуждавшие очередное отключение воды и так и не пришедший автобус. Кончался сентябрь. Между ящиками пахло размокшей бумагой, а откуда-то ещё тянуло сладковатой гнилью опавших яблок.
Последнее место под навесом занимала женщина, которую некому было окликнуть по имени. Навес обрывался у неё над головой. Сиденьем служил перевёрнутый пластмассовый ящик, а всё хозяйство помещалось перед коленями: газеты, коробка и немного мучного клейстера в пузырьке.
Лист уходил наискось, ноготь приглаживал сгиб. Ещё несколько движений — и вместо страницы с чужими новостями получался остроконечный бумажный кулёк. Женщина промазывала край, придавливала шов и принималась за следующий. Соседкам требовалась такая упаковка для семечек и сушёных яблок. Иногда за неё платили по мелкой монете за штуку, но чаще рассчитывались хлебом.
Работа шла так уверенно, что неподвижное лицо казалось к ней непричастным. Пальцы ничего не искали, не пробовали, не поправляли дважды. Они делали своё, пока женщина смотрела перед собой усталыми пустыми глазами.
Высокая цыганка в длинной юбке уже миновала это место. Звякнули браслеты, качнулись алые маки на чёрном платке — и вдруг она остановилась. Вернулась на три шага и замерла возле ящика, разглядывая не женщину, а её работу.
— Покажи-ка ладонь.
Безымянная подняла голову. В чужих голосах она научилась различать жалость и раздражение; ещё чаще люди предпочитали вовсе её не замечать. Здесь не было ни привычной брезгливости, ни желания утешить. От этого она растерялась.
— Платить мне нечем.
— Разве я о плате говорю? Руку покажи.
Вытерев пальцы о полупальто, женщина послушалась. Цыганка удержала её ладонь между своими, повернула туда, где было светлее, и пристально всмотрелась. Потом осторожно провела пальцем вдоль указательного. Сбоку тянулась твёрдая узкая мозоль, гладкая, точно отполированная. Земляная работа оставила бы другой след. От тряпки и ведра пальцы тоже не становились такими.
Цыганка потрогала плоские подушечки, словно пытаясь понять, к чему их столько лет прижимали, и наклонилась совсем близко.
— Ты ведь не побиралась прежде. Слышишь? Этими руками работал мастер. Посмотри на них сама.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.