— Нет, — Нина покачала головой. — Не так. Я не сама перестала. Он сделал это со мной. Сначала убеждал, что я все неправильно понимаю. Потом — что я неправильно чувствую. Потом — что я сама неправильная целиком.
Она сделала паузу.
— И когда я упала в лесу и обернулась, то увидела вас. Посторонний мужчина с ружьем должен был напугать меня еще сильнее. Но первым было не это.
— А что? — спросил Глеб.
— Ощущение, что все правильно.
Она посмотрела прямо на него.
— Не знаю, как объяснить. Просто внутри что-то сказало: этот человек не сделает мне зла.
Глеб несколько секунд ничего не говорил.
— Я тоже понял, — сказал он наконец.
— Что?
— Что это не тот случай, когда можно пройти мимо.
Они смотрели друг на друга через небольшой кухонный стол. За окном тихо стоял парк. На столе лежал конверт, от которого Нина еще недавно ждала бы взрыва чувств, а теперь воспринимала его почти спокойно.
Впервые за очень долгое время все было на своих местах.
Не идеально.
Не сказочно.
Просто правильно.
Глеб поставил свою кружку рядом.
— Веста скучает, — сказал он после паузы. — Я думал в выходные съездить в домик. Проверить печь, заодно дать ей набегаться.
Нина поняла, что он спрашивает не прямо. И благодарна была именно за это.
— В тот самый домик?
— Да.
— Там, наверное, сейчас холодно.
— Печь справится.
— А гречка с тушеным мясом будет?
Глеб почти улыбнулся.
— Если вы не против такого меню.
— Я не против.
Она сама удивилась, как спокойно это сказала.
Не как человек, который цепляется за спасителя. Не как женщина, бегущая от прошлого. А как Нина, которая может выбрать, куда ей ехать в выходные.
— Тогда поедем?
