Жизнь без прикрасПосле её ухода он остался у фонтана, глядя на луну в воде. В груди сжалось, словно туда после долгих лет отсутствия возвращалось тепло.
Ночью Сальма застала его в темноте.
— Опять не спится, господин?
— Не получается. — Он помолчал. — Странная она всё-таки.
— Другие не делали того, что делает она. Для неё вы прежде всего человек, а уже потом шейх.
— Вот это и опасно, — сказал он тихо. — Рядом с ней я сам начинаю верить, что человеком ещё остался.
В своей комнате Лариса тем временем писала дочери:
«Анечка, со мной всё в порядке. Работа даётся нелегко, но я справляюсь. Вокруг — словно сказка. Только в сказках бывает принц, а здесь человек, у которого разбито сердце. Наверное, потому мне и не удаётся уйти».
Закончив письмо, она закрыла ноутбук. Ветер шумел за окном, а на другом конце дворца Тарик Аль-Хатиб спал: впервые за много месяцев его сон обходился без криков.
Неделя миновала с их первой открытой ссоры. Теперь дворец затих, будто буря спряталась и ждала своего часа. Лариса уже не принимала это затишье за покой: молчание хозяина всякий раз оборачивалось новым испытанием.
На плановый утренний осмотр она пришла в кабинет. Тарик в строгом белом костюме перебирал бумаги за массивным столом. Даже не поднимая ледяного взгляда, он объявил:
— С сегодняшнего дня распорядок будет другим, доктор.
— Что именно вы хотите изменить?
— Приём лекарств вы больше не контролируете.
Лариса моргнула.
— Извините, господин, этого я допустить не могу.
— Я не спрашиваю. Я приказываю.
— Приказ, от которого пациенту станет хуже, я выполнять не буду.
Голову он поднял медленно.
— Доктор, вы понимаете, что себе позволяете?
— Понимаю, для чего меня сюда пригласили.
— Вам, значит, известно, что мне необходимо? — В глазах его блеснуло.
— Мне известно, что вам ни к чему погибать во время очередного приступа.
Тарик вышел из-за стола и наклонился к ней, почти вплотную.
— Со мной таким тоном не разговаривают.
— А с теми, кто старается вам помочь, так не обращаются.
Несколько секунд молчание звенело, как натянутая струна. Потом он резко отступил.
— Докажите свою правоту. За сегодняшний день отвечаете целиком. Станет мне хуже — лишитесь работы.
— Принимаю.
— И даже не страшно? — Он сощурился.
— Я не строю иллюзий.
Лариса повернулась к столу, словно больше обсуждать было нечего. Тарик, впервые за долгое время, остался без ответа.
Напряжение держалось весь день. Из комнаты он не выходил. Когда Лариса принесла обед, тарелка так и осталась полной.
— Вы ничего не съели.
— Не хочется.
— В таком случае я побуду здесь, пока вы не пообедаете.
— Какое упрямство, — заметил он холодно.
— Оно помогает мне спасать жизни. Не одну только вашу.
Несколько минут он молчал, прежде чем потянуться за ложкой. По мере того как он ел, взгляд смягчался. За сопротивлением Лариса всё яснее видела почти детскую усталость.
Закончив обед, Тарик негромко сказал:
— Была женщина, на которую вы похожи. Её тоже невозможно было заставить сдаться.
— Ваша мама?
— Нет. — Он покачал головой. — Невеста.
У Ларисы сбился удар сердца. Спросить она не успела.
— Её больше нет, — добавил Тарик.
После этого он замолчал. В комнате больше не прозвучало ни слова.
Позднее, уже вечером, Лариса проходила по коридору, когда её окликнули. Обернувшись, она увидела Тарика возле балюстрады: в руке у него был бокал воды.
— Доктор Лариса, почему вы до сих пор не уехали? Могли ведь поступить, как ваши предшественницы.
— Я не привыкла убегать от чужих страданий.
— Красиво звучит.
— Зато это правда.
Он приблизился на шаг.
— Вы всё ещё не поняли, что я опасен.
— Не вы опасны, — мягко возразила она. — Опасно прятаться от жизни.
— А сами вы разве не прячетесь? — усмехнулся он. — Что вас сюда привело: смелость или отчаяние?
— Пожалуй, оба чувства.
Он встретил её взгляд — впервые в нём не было ни горечи, ни желания бросить вызов.
— У вас много силы. Даже слишком много для этого дома.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.