Долги заставили Ларису стать сиделкой у пациента, от которого ушли все её предшественницы, но она решила остаться

Он держал её руку, и на словах клятвы его голос дрогнул:

— Ты для меня не сокровище, которое надо сберечь. Ты — дыхание, без тебя мне не жить, и я клянусь беречь тебя именно так.

— Моей клятвой будет дыхание вровень с твоим, — ответила она; слёзы не скрывали её улыбки.

Тарик надел ей тонкое кольцо. Арабская вязь на нём означала свет после ночи. Ветер принёс жасминовый аромат, будто их союз благословляла сама Лейла.

После свадьбы дворец изменился. Среди холодного мрамора и тяжёлых занавесей появились свет, смех, детские голоса. Лариса открыла приют при клинике, которую они создали вместе с Тариком.

Клиника не поражала роскошью. Двери её были открыты для всех — бедняков пустыни и богатейших людей мира. Входящих встречала надпись: «Здесь лечат не только тела, но и души». Тарик лично принимал пациентов. Боли и страха больше не было; научившись слышать себя, он мог слушать других.

— Ты переменила всю мою жизнь, — говорил он Ларисе вечерами.

— Я только показала тебе, что она ещё есть.

Юсуф долго не появлялся. Однажды он всё же пришёл в клинику и остановился у входа, неуверенный, с тенью во взгляде.

— Ты победил, брат. Я считал тебя сломленным, а ты оказался сильнее.

Тарик посмотрел на него спокойно.

— Я не побеждал. Перестал бояться жить.

Юсуф кивнул и протянул руку.

— Тогда, может, пора и мне.

Братья обнялись. Семью вернула любовь — то, чего не смогли добиться ни советы, ни законы.

Вечером они с Ларисой сидели на террасе. В тёплом, спокойном воздухе сияли городские огни. Прислонившись к мужу, она слушала ровное сердце, когда-то причинявшее столько боли.

— Помнишь свои слова: «Иногда смерть — лучший врач»?

— Помню.

— Ты ошибался. Лучший врач — любовь.

— Согласен, доктор, — улыбнулся Тарик.

Она рассмеялась и уткнулась ему в плечо.

— Повезло мне оказаться твоей пациенткой.

Не отрывая взгляда от звёзд, он заключил её в объятия.

— Мне повезло, Лариса. Ты ведь не сбежала.

Время шло. В клинику по-прежнему приходили люди со всего мира: богатые, бедные, потерявшиеся в жизни. В светлых залах они чувствовали, что здесь умеют не только лечить, но и понимать. На стене висел свадебный снимок: двое под закатным солнцем, он в белом, она в платье цвета айвори. Внизу стояли слова: «Любовь — сильнейшее лекарство».

Иногда вечером Лариса возвращалась в сад, где прежде увидела Тарика среди жасмина. Теперь здесь было их убежище. Она закрывала глаза, слушала листву и думала, что всё случилось не зря.

Тарик подходил сзади, обнимал её за плечи.

— Знаешь, что я понял? Болезнь ушла, когда пришла ты.

— Тогда мне остаётся быть рядом, чтобы она не вернулась, — улыбалась Лариса.