Я собиралась купить квартиру на свои деньги, но жених потребовал отложить сделку до свадьбы

«Добейся срыва её сделки, чего бы это ни стоило. Квартиру ей следует покупать, уже будучи замужем. Я спросила юриста: если разведётесь, закон точно оставит тебе половину. Держи её дома, притворись, что у тебя приступ. До свадьбы тратить эти деньги ей не позволяй».

Ровно десять секунд Оксана смотрела на сообщение. Она уже знала: если перед тобой крыса, которая и выглядит, и ведёт себя как крыса, незачем высматривать в ней лебедя.

Телефон без единого слова вернулся на стол, точно в прежнее положение. Мысли работали с точностью счётной машинки. Развод — только речь не о расторжении брака, а о разводке. Мать с сыном разыгрывали многоходовую партию: паспорт спрятать, болезнь изобразить, сделку задержать. А спустя год-два, когда семейная игра наскучит, можно выпроводить Оксану из её же квартиры, отпилив половину.

Гениально. Восхитительно.

В дверях кухни показался Виктор. Выполз с полуприкрытыми глазами, сгорбившись, с мученическим лицом. Тапочки шаркали по линолеуму, ладонь прижималась к груди слева. Актёр погорелого театра уже вошёл в роль.

— Оксаночка, вернулась? — голос трепетал, как осиновый лист на ветру. — Я прилёг, плохо что-то. Наверное, мамино наследственное. Нервы… — он тяжело вздохнул, повалился на стул и закрыл глаза. — Побудь со мной сегодня и завтра. Мне покой нужен. Бульон куриный свари, чай с малиновым вареньем принеси. Горло першит. Вечером мы ведь не едем никуда? Ты же всё отменила.

Оксана опиралась бедром на кухонный гарнитур, перебирая в руках свои ключи.

— Бульончик захотелось? — её голос прозвенел необычно ясно, словно ложечка ударила о хрустальный бокал.

— Угу, — простонал Виктор, не открывая глаз. — И хлебушка с чесночком поджарь.

— А этот симулированный приступ сегодня какой по счёту? Второй? Третий?

Глаза распахнулись. Мученическое выражение сползло с лица, словно дешёвая маска из папье-маше, попавшая под дождь. Виктор уставился на неё.

— Что?.. Мама?..

— «Добейся срыва её сделки, чего бы это ни стоило. Квартиру ей следует покупать, уже будучи замужем. До свадьбы тратить эти деньги ей не позволяй», — повторила Оксана на манер диктора; ей доставляло удовольствие видеть, как быстро он бледнеет.

Виктор дёрнулся к телефону, схватил его, включил экран и прочитал. В осязаемой кухонной тишине отчётливо слышались автомобильный сигнал с улицы, бубнение соседского телевизора и хруст сухого корма в миске Барсика.

— Оксана, ты всё неправильно поняла! — он вскочил, снова переходя на визг. — Писала мама, не я. При чём тут я вообще? Она фантазирует, я ничего такого не делал!