Резкий лай перекрыл гул терминала. Глаза беременной женщины расширились от ужаса; она вздрогнула и отступила, прикрывая округлившийся живот ладонью. Перед ней натягивал поводок крупный чёрно-рыжий пёс; губы его приподнялись, обнажив зубы, а взгляд не отрывался от неё, словно именно здесь скрывалась смертельная угроза. Вокруг двигались пассажиры, катились чемоданы, звучали объявления, но женщине будто перестало существовать всё, кроме этой собаки.
— Пожалуйста, удержите его, — выговорила она, беспомощно оглядываясь. Пальцы другой руки дрожали, сминая край лёгкого пальто.
Олег, сотрудник службы безопасности, коротко подтянул поводок и переглянулся с коллегами. Он знал Алекса лучше любого из них. Обычно пёс подчинялся одному движению хозяина, однако теперь не отступил ни на шаг. Из его груди шёл глухой рык, напряжённые мышцы перекатывались под шерстью. Несколько лет его учили обнаруживать наркотики, оружие и взрывчатые вещества. Подобного сигнала Алекс не подавал без причины. И всё же это не походило на привычное оповещение о находке: в поведении напарника было что-то настойчивое и незнакомое даже Олегу.
Женщина выглядела не опасной, а испуганной: бледное лицо, широко раскрытые глаза, дрожь в руках. И всё же Олег не имел права решить, что Алекс ошибся, лишь потому, что пассажирка вызывала сочувствие. Что, если за её беспомощным видом действительно скрывалась угроза? В опасности могли оказаться сотни людей. Но если собака впервые ошиблась, дополнительная проверка станет для невиновной беременной женщины тяжёлым и унизительным испытанием.
Высокий коротко стриженный охранник с суровым лицом первым подошёл ближе.
— Нам придётся задать вам несколько вопросов, — твёрдо сказал он.
— Но я ничего не сделала. Я даже не понимаю, в чём дело, — ответила женщина. Голос сорвался, лицо стало ещё белее. Она переводила взгляд с охранника на оскалившегося пса, словно искала хотя бы в чьём-то выражении объяснение происходящему…
