Ратников резко повернулся к нему. В лице его злость перемешалась со страхом.
— Какие бывшие? Посмотри на него. Обычный дачник, перегрелся и мелет про какие-то сигналы. Давай сюда наручники. Мы всё оформим как положено: проверка, отказ подчиняться, досмотр. Закон на нашей стороне.
Он снова потянулся к Савелию Андреевичу, собираясь схватить его за локоть.
Старик сместился в сторону коротким движением. Его ладонь мягко легла на запястье Ратникова — почти небрежно. Но в ту же секунду инспектор почувствовал резкую боль, будто по руке ударил ток. Пальцы онемели.
— Не трогай меня, — сказал Савелий Андреевич. — Ошибок на сегодня с тебя достаточно. У тебя меньше минуты, чтобы понять, насколько далеко ты зашёл.
Он кивнул на дальний изгиб дороги.
— Смотри.
Над трассой поднялось пыльное облако. Из него один за другим вышли три чёрных внедорожника без опознавательных надписей, без маяков, без эмблем. Просто три матовые машины, летевшие плотной связкой так уверенно, что редкие водители сами прижимались к обочине.
— Это кто ещё? — прошептал Климов, опуская наручники. — Глеб… они к нам едут?
Ратников сглотнул. От ближайшего поста сюда так быстро не добраться. Значит, эти люди были где-то рядом заранее. Может, сопровождали кого-то. Может, выполняли другую задачу. Но сигнал они получили — и приняли его как высший приоритет.
Чёрные машины резко затормозили. Две встали так, что заблокировали патрульный автомобиль с обеих сторон. Третья остановилась перед внедорожником Савелия Андреевича.
Двери открылись почти одновременно.
Из салонов вышли шестеро мужчин в обычной одежде. Жара не мешала им носить тёмные строгие костюмы. Солнцезащитные очки, гарнитуры, собранные движения. Под пиджаками угадывались кобуры.
Они не суетились и не кричали. Их спокойствие пугало сильнее любой агрессии. Так ведут себя люди, которые приезжают не выяснять, а решать…
