Алина улыбнулась.
— Разве так встречают гостей?
— Мы тебя не ждали.
— Значит, будет сюрприз.
— У нас нет общих тем.
— Ошибаешься. Я пришла познакомиться с женщиной, которую ты взял в жёны, чтобы доказать себе, будто меня забыл.
Никита едва сдержался.
— Уходи.
Но в этот момент в прихожей появилась Вара. Она сразу оценила и позу Алины, и лицо мужа, и напряжение в воздухе.
— Так вот ты какая, — спокойно сказала Вара. — Та самая девушка, которая не дождалась одного, вышла за другого, а теперь пришла проверить, не остался ли бывший на крючке?
Алина смерила её взглядом.
— А ты, видимо, уверена, что он твой окончательно?
— Не уверена. Знаю.
— Слишком самонадеянно.
— Не больше, чем являться в чужой дом без приглашения.
Алина усмехнулась и повернулась к Никите.
— Ты ей не рассказал?
Никита напрягся.
Вара заметила это мгновенно.
— О чём?
Алина сделала вид, что удивлена.
— Ах, значит, не рассказал. Забыл упомянуть, что мы недавно встретились. И что он не так уж быстро отстранился, когда я его поцеловала.
Вара перевела взгляд на мужа. На лице её не дрогнул ни один мускул, но Никита почувствовал, как в комнате стало холоднее.
Алина явно хотела продолжить, но Вара вдруг усмехнулась.
— Если тебе удалось украсть жалкий кусок чужого поцелуя, можешь гордиться этим как великой победой. Только на большее не рассчитывай.
Алина побледнела от злости.
— Ты слишком уверена в себе.
— А ты слишком задержалась. Никита, проводи гостью. Нам с тобой, кажется, есть чем заняться без зрителей.
Вара подошла к мужу, мягко провела ладонью по его щеке и, не отрывая взгляда от Алины, добавила:
— И дверь закрой крепче. Чтобы прошлое случайно снова не забрело.
Алина ушла не сразу. Несколько секунд она смотрела на Вару с ненавистью, потом резко повернулась и вышла.
Как только дверь закрылась, тишина стала тяжёлой.
Никита медленно повернулся к жене.
— Вара…
— Объясняй.
— Она сама меня поцеловала. Я не хотел.
— Я спросила не это. Почему ты мне не сказал?
Он подошёл ближе, попытался взять её за руку, но она отстранилась.
— Я не хотел, чтобы ты ревновала. Это ничего не значило.
— Для тебя, возможно. А для неё значило достаточно, чтобы прийти сюда и бросить мне это в лицо.
Никита опустил взгляд. Он понимал, что виноват. Не в поцелуе, а в молчании.
— Я сглупил, — тихо сказал он. — Думал, если промолчу, то просто не дам этому места в нашей жизни.
— Тайны как раз и занимают больше всего места, — холодно ответила Вара.
Он рассказал всё: как Алина окликнула его, что говорила, как жаловалась на свою жизнь, как внезапно поцеловала, как он оттолкнул её. Вара слушала молча. Не перебивала. Только глаза её становились всё серьёзнее.
Когда Никита закончил, она задумчиво сказала:
— Интересная женщина. Не смогла устроить свою жизнь и решила проверить, можно ли разрушить чужую.
— Я не дам ей ничего разрушить.
— Тогда не помогай ей молчанием. Мне было неприятно узнать это от неё. Очень неприятно.
— Прости.
— Впредь никаких таких секретов. Даже если тебе кажется, что это мелочь. Особенно если тебе кажется, что это мелочь.
Никита шагнул к ней и на этот раз она не отстранилась. Он обнял её крепко, с благодарностью и страхом. Ему было стыдно, но одновременно он чувствовал облегчение: Вара не устроила истерику, не стала кричать, не ушла. Она увидела ситуацию ясно и жёстко, но не позволила Алине добиться своего.
— Давай забудем её, — сказал он. — Она прошлое.
— Прошлое иногда очень наглое, — буркнула Вара.
— Значит, будем закрывать дверь.
Она тихо усмехнулась, но в её голосе ещё оставалась обида.
— Смотри, чтобы в следующий раз не забыл ключ.
Через несколько дней они вернулись домой. Никита надеялся, что история с Алиной наконец закончилась. Но вскоре она дала о себе знать снова.
Она каким-то образом узнала его номер у брата Артёма и начала звонить. Сначала Никита отвечал, думая, что сможет спокойно объяснить всё ещё раз. Он говорил ей, чтобы она перестала, что у него есть жена, что между ними ничего быть не может. Алина слушала, потом звонила снова.
Вара быстро заметила эти разговоры. Сначала молчала, потом стала раздражаться.
— Почему она всё ещё может тебе звонить?
— Я же говорю ей, чтобы отстала.
— Видимо, говоришь недостаточно понятно.
— Вара, я не даю ей повода.
— Само её присутствие в твоём телефоне уже повод.
В очередной раз, когда телефон Никиты снова зазвонил, Вара посмотрела на экран и горько усмехнулась.
— Может, у тебя и правда к ней что-то осталось? Если так, собирай вещи и езжай к ней. Зачем мучиться?
— Что за глупости ты говоришь? Ты же сама слышала, что я ей отвечаю.
— Слышала. И ещё слышу, что звонки продолжаются. Значит, способ выбран неправильный.
— И что мне сделать?
Вара посмотрела на него как на человека, который внезапно забыл самую простую вещь.
— Заблокировать. Мы живём не в каменном веке. Есть чёрный список. Нежелательный абонент туда отправляется — и проблема решена.
Никита замер.
— Я правда об этом не подумал.
— Конечно. Зато продолжал вести с ней воспитательные беседы.
— Могла бы раньше сказать.
Вара резко подняла брови.
— А я должна тебе всё подсказывать? В нашей семье кто мужчина — ты или я?
Сказав это, она отвернулась и демонстративно занялась своими делами. Никита сразу заблокировал Алину, но было поздно. Вара обиделась всерьёз.
Несколько дней она разговаривала с ним холодно. Не молчала полностью, но отвечала коротко, без привычных шуток, без той живости, к которой он привык. Никита приносил цветы, просил прощения, пытался обнять, готовил ужин, даже купил её любимые пирожные. Ничего не помогало.
— Вара, ну сколько можно? — не выдержал он однажды.
— Столько, сколько нужно.
— Я же исправил ошибку.
— Ошибку исправил. А осадок оставил.
— Что мне сделать?
— Подумай сам. Ты это умеешь, когда очень надо.
Эти слова только сильнее выбили его из колеи. Он злился на себя, на Алину, на собственную растерянность. Ему казалось, что он потерял доступ к жене, будто между ними появилась тонкая стеклянная стена: он её видит, слышит, но достучаться не может.
После очередной неудачной попытки помириться Никита не выдержал. Молча накинул куртку и вышел из квартиры, громко хлопнув дверью.
Он пошёл к Роману — тому самому другу, который когда-то устроил нелепое нападение ради предложения. После колледжа они продолжали общаться. Роман жил недалеко, работал, иногда звал Никиту в гости, но тот заходил редко.
На этот раз Никита пришёл не с пустыми руками. Взял бутылку крепкого напитка, хотя обычно так не делал.
Роман открыл дверь и сразу насторожился.
— Ого. Ты с таким лицом и с бутылкой. Что случилось?
— Давай выпьем.
— Значит, случилось серьёзное.
Он не стал расспрашивать у порога. Провёл Никиту на кухню, быстро достал закуску: нарезал колбасу, поставил банку солёных огурцов, разогрел жареную картошку. Потом сел напротив.
Никита молча разлил по стопкам. Они выпили. Только после этого Роман спросил:
— Ну? Рассказывай.
Никита снова налил.
— Сначала ещё по одной.
— Ты меня пугаешь.
Они выпили второй раз. Никита подцепил вилкой огурец, но есть не стал. Положил обратно и тяжело выдохнул.
— Мы с Варой поссорились.
— Из-за чего?
Никита рассказал всё: и про Алину, и про поцелуй, и про то, что промолчал, и про звонки, и про чёрный список, о котором не подумал. Роман слушал, иногда качал головой, но не перебивал.
Когда Никита закончил, друг криво усмехнулся.
— Вара у тебя, конечно, огонь. Я до сих пор помню, как она меня отделала тогда у арки.
— Не смешно.
— Да я не смеюсь. Просто ты должен был давно понять, с кем живёшь. Ей нужны не букеты после каждой ссоры. Она не такая.
— А какая?
— Такая, которая хочет видеть рядом решительного мужчину. Не того, кто ждёт, пока жена подскажет, как заблокировать бывшую.
Никита поморщился.
— Спасибо, добил.
— Я не добиваю, я объясняю. Ты же после ссоры что делаешь? Цветы, извинения, виноватые глаза. А она это и так от тебя видит постоянно. Ей нужен поступок. Нечто не по шаблону.
— Опять поступок? — Никита раздражённо усмехнулся. — Из-за твоего прошлого «поступка» ты чуть без потомства не остался.
— И всё же она за тебя вышла.
— Не напоминай.
Роман задумался, потом сказал:
— Увези её куда-нибудь.
— Куда?
— В отпуск. Только не туда, где шум, люди, гостиницы, пляжи и толпа. Лучше на природу. Лес, река, тишина. Чтобы вы были вдвоём. Без Алины, без телефонов, без соседей, без обид. Там поговорите нормально.
Никита скептически посмотрел на него.
— Ты предлагаешь Варе жить в лесу?
— Не жить, а отдохнуть несколько дней. Ты удиви её. Она же любит, когда не по шаблону.
— Она меня в первый же день съест за комаров.
— Зато уже будет разговаривать.
Никита невольно улыбнулся.
— В твоих авантюрах всегда есть риск для здоровья.
— Но иногда они работают.
Приятели ещё немного посидели. Никита выпил больше, чем собирался. Домой он вернулся поздно и с тяжёлой головой. Стоило войти в комнату, как он увидел Вару на диване с телефоном. Она кому-то писала и тихо смеялась.
Внутри у него неприятно кольнуло. Алкоголь, ревность, обида — всё смешалось.
— Весело?
