— Не начинай говорить, что ты предупреждала. Да, у нас сейчас пусто. Но мы не просили у тебя денег.
Марина Романовна закрыла холодильник и неожиданно не стала повышать голос.
— Вот это-то меня и злит, и одновременно радует, — сказала она. — Ты такая же упрямая, как я. В жизни это качество может помочь, но иногда оно мешает принимать помощь.
Вара насторожилась. Она ждала упрёков, а услышала почти признание.
— Я приехала не ругаться, — продолжила мать. — Хотела увидеть, как вы живёте. Увидела. Живёте дружно, но бедно. И хватит вам мыкаться по съёмным углам.
— Что ты имеешь в виду?
— Купим вам здесь однокомнатную квартиру.
Вара растерялась.
— Здесь? А как же твои разговоры, что мы должны вернуться к тебе?
— Я передумала.
— Ты?
— Не делай такое лицо. Я всё ещё твоя мать. Когда-нибудь ты поймёшь, что иногда желание удержать ребёнка рядом — это не власть, а страх. Я не хочу, чтобы ты жила в нужде только ради того, чтобы доказать мне свою самостоятельность.
— Мама…
— Я знаю, каково жить на копейки и считать мелочь. И своей дочери такой жизни не желаю. Если вы не просите — это не значит, что я не могу помочь сама.
Вара молчала. Ей хотелось спорить по привычке, но слова матери в этот раз звучали иначе. Не как приказ. Скорее как попытка протянуть руку.
Когда вечером пришёл Никита, он сразу заметил, что что-то изменилось. Марина Романовна сидела за столом, Вара выглядела растерянной, но не злой.
— Мы покупаем квартиру, — сказала тёща.
Никита замер.
— Простите?
— Однокомнатную. Здесь. Чтобы вы не тратили деньги на аренду.
— Это слишком большая помощь.
— Я не спрашиваю, большая она или маленькая. Я помогаю дочери. А вы, если хотите сохранить мужскую гордость, можете считать, что это долг на неопределённый срок.
Вара фыркнула, но уже без раздражения.
— Мама, ты неисправима.
— Зато полезна.
Через некоторое время квартиру действительно купили. Небольшую, не новую, но уютную. Когда Никита и Вара впервые вошли туда уже как хозяева, они долго стояли посреди комнаты и молчали. Потом Вара вдруг закружилась на месте.
— Наша, — сказала она. — Представляешь? Наша.
Никита смотрел на неё и улыбался. Ему казалось, что они поднялись на целую ступень выше в этой взрослой жизни. Теперь у них был свой угол. Не съёмный, не временный, не чужой.
Они с увлечением обустраивали квартиру. Покупали недорогие вещи, красили старую полку, спорили о цвете занавесок, смеялись, когда Никита криво повесил зеркало. Вара называла его мастером с непредсказуемым результатом, а он отвечал, что зато в доме никогда не будет скучно.
Постепенно жизнь вошла в спокойное русло. Учёба приближалась к концу. Никита и Вара стали увереннее, взрослее. Они уже не пугались каждой бытовой проблемы. Знали, сколько нужно отложить на еду, когда платить за коммунальные услуги, как распределять время между учёбой, работой и домом.
После окончания колледжа оба устроились на работу. Никита — по специальности, Вара — в образовательное учреждение. Первые зарплаты они отметили дома. Купили торт, недорогое вино, накрыли стол и сидели на кухне, вспоминая, как недавно делили последние деньги до копейки.
— Видишь, — сказала Вара, поднимая бокал. — Не пропали.
— Потому что ты командовала.
— Потому что ты терпел.
— Тоже верно.
Они смеялись. Всё казалось наконец надёжным.
Но через несколько месяцев в жизнь Никиты пришла тяжёлая утрата. Умерла его мать. Сердце подвело внезапно. Отец позвонил ранним утром, и по его голосу Никита сразу понял, что случилось что-то страшное.
Они с Варой поехали на похороны.
Дом встретил их тишиной и запахом свежего хлеба, который кто-то из соседей принёс для поминального стола. Андрей Павлович выглядел постаревшим за одну ночь. Никита обнял отца, но слов не нашёл. Вара держалась рядом, помогала чем могла, говорила с женщинами, накрывавшими стол, подавала воду, убирала посуду, тихо брала на себя всё, что видела.
Во время похорон Никита неожиданно увидел Алину.
Она стояла немного в стороне. Красивая, ухоженная, но с каким-то усталым выражением лица. На мгновение их взгляды встретились. Никита почувствовал не боль, как когда-то, а странную пустоту. Будто перед ним был человек из давно прочитанной книги.
Алина подошла первой.
— Здравствуй, Никита. Прими соболезнования.
— Спасибо, — сдержанно ответил он.
Рядом стояла Вара. Никита повернулся к ней.
— Это моя жена, Вара.
Алина перевела взгляд на неё. Вара вежливо кивнула, но в её глазах сразу появилась холодная настороженность. Она не нуждалась в объяснениях. Никита когда-то рассказывал ей о девушке, которая не дождалась его со службы. И сейчас Вара поняла: перед ней именно она.
— Очень приятно, — сказала Алина.
— Взаимно, — сухо ответила Вара.
Разговор на этом почти закончился. Никита отошёл, а Вара ещё пару секунд смотрела Алине вслед. Ей не понравилось то, как эта женщина смотрела на её мужа. Слишком внимательно. Слишком по-хозяйски для человека из прошлого.
После похорон они остались у отца на несколько дней. Нужно было помочь по дому, разобрать какие-то вещи, побыть рядом. Никита ходил словно опустошённый. Иногда молчал подолгу, иногда неожиданно начинал вспоминать мать — как она ругалась за беспорядок, как пекла пироги, как переживала за него во время службы.
Вара не лезла с лишними словами. Просто была рядом.
Через два дня Никита предложил навестить старых друзей. Он давно не видел ребят, с которыми вырос, и хотел немного отвлечься.
— Пойдём со мной? — спросил он Вару.
Она в тот день действительно чувствовала себя неважно. То ли усталость после дороги и похорон, то ли головная боль, то ли просто накопившееся напряжение.
— Иди один, — сказала она. — Я полежу.
— Я могу остаться.
— Не надо. Я вижу, тебе хочется встретиться с друзьями. Со мной ничего страшного. Голова поболит и пройдёт.
— Точно?
— Точно. Иди.
Никита ещё немного сомневался, но Вара почти вытолкнула его из дома, улыбнувшись напоследок.
Он вышел на улицу и направился к дому одного из старых приятелей. Уже заворачивал за угол, когда услышал за спиной знакомый голос.
— Никита.
Он обернулся.
К нему шла Алина. Улыбалась так, будто они расстались не с болью и предательством, а просто давно не виделись.
— Ну здравствуй, кавалер, — сказала она.
Никита сразу нахмурился.
— Бывший кавалер. Ты забыла уточнить.
— Разве всё в жизни нельзя исправить?
— Не всё.
Алина подошла ближе. От неё пахло дорогими духами, но в этом запахе Никите почему-то почудилось что-то чужое и неприятное.
— Не делай вид, что совсем меня забыл, — мягко сказала она. — Я же знаю, ты спрашивал обо мне у брата.
— Спрашивал когда-то. Давно.
— Значит, тебе было интересно.
— Мне было больно. Это разные вещи.
Алина опустила глаза, потом вздохнула.
— У меня всё сложилось не так, как я думала. Я развелась. Мужу я стала не нужна почти сразу после рождения сына. Сначала измена, потом другая, потом он просто сказал, что я ему обуза. И выставил меня из своей жизни.
Никита слушал без прежнего сочувственного трепета. Ему было жаль её как человека, но не как женщину, которую он когда-то любил.
— Зачем ты мне это рассказываешь?
— Неужели тебе совсем не интересно, что со мной было?
— Ты сама выбрала свою дорогу.
— А ты хочешь сказать, что у тебя всё перегорело?
— Именно это и хочу сказать.
Алина посмотрела на него пристально.
— Не верю.
— Это уже твоё дело.
— Ты женился, чтобы забыть меня?
— Я женился, потому что люблю свою жену.
Слова прозвучали твёрдо. Никита сам почувствовал, что в них нет ни сомнения, ни желания кому-то что-то доказать.
— Любишь? — Алина усмехнулась. — Так быстро?
— Не тебе считать время.
Он хотел уйти, но Алина вдруг схватила его за руку.
— Подожди.
— Отпусти.
Вместо ответа она резко поднялась на носки и поцеловала его.
Поцелуй длился всего несколько секунд. Никита от неожиданности замер, потом резко оттолкнул её.
— Ты что творишь?
Алина улыбнулась так, будто добилась своего.
— Испугался? Значит, не всё забыл.
— Больше никогда так не делай. И ко мне не подходи.
— Посмотрим, — тихо сказала она. — Ты ещё вспомнишь, как нам было хорошо.
— Нет.
— Не зарекайся.
Никита развернулся и ушёл. Сердце у него билось быстро, но не от прежних чувств. От злости. От неприятного ощущения, будто его втянули во что-то грязное.
К друзьям он всё-таки зашёл, но вечер уже был испорчен. Он отвечал рассеянно, почти не слушал разговоров, часто смотрел в окно. Перед глазами стояла Алина и её самоуверенная улыбка.
Когда Никита вернулся домой, Вара лежала на диване с книгой. Она подняла глаза.
— Как погулял?
— Нормально. Видел Серёгу, потом ещё ребята подошли.
Он рассказал о встрече со старым приятелем, о том, кто где работает, кто женился, кто уехал. Про Алину промолчал. Не потому, что хотел скрыть что-то важное, как он сам себе объяснил, а потому что не хотел расстраивать жену. Он был уверен: это ничего не значит. Просто неприятный эпизод, о котором лучше забыть.
Но тайны редко исчезают сами.
На следующий день всё было относительно спокойно. Никита помогал отцу во дворе, Вара готовила, вечером они сидели втроём на кухне. До отъезда оставалось пару дней. Никита уже почти убедил себя, что вчерашняя встреча с Алиной была последней.
Но через день она пришла сама.
Никита открыл дверь и застыл.
— Что тебе нужно?
