Возвращаться в постель уже не хотелось. Марьяна прошла на кухню, поставила чайник и достала из холодильника сыр. Пока нож отделял один ровный ломтик за другим, она мысленно перебирала события последних недель. За окном всё стихло, только нагревающийся чайник едва слышно шумел на подставке. В странном ночном отъезде не было ничего загадочного — слишком уж старательно Лидия Михайловна готовила эту поездку.
Три недели назад умерла бабушка Марьяны. Она всегда отличалась основательностью и предпочитала хранить накопления не на счетах, а в массивных старых украшениях. После похорон внучке досталась тяжёлая шкатулка из тёмного дуба, наполненная толстыми цепями ручной работы, крупными перстнями и серьгами с внушительными камнями.
Специалист внимательно осмотрел изделия, взвесил их и после долгих подсчётов назвал сумму, близкую к пяти миллионам. Марьяна не собиралась носить на себе это богатство. Она решила найти надёжного покупателя, а вырученные средства вложить в недвижимость.
О наследстве Назар по неосторожности рассказал матери. С той минуты Лидия Михайловна будто лишилась сна. Новость сразу стала для неё не чужой удачей, а семейным капиталом, который уже хотелось распределить. В тот же день она примчалась к молодым, села на диван и, заглядывая невестке в лицо, заговорила непривычно ласково:
— Марьяночка, почти пять миллионов — это же целое состояние. И появились они очень вовремя. Олесе, моей дочери, на собственное жильё не хватает, а твоему деверю Богдану давно пора менять машину: двигатель вот-вот развалится. Ты ведь не станешь жадничать с родными?
Марьяна спокойно допила кофе и поставила чашку на блюдце. Она не перебивала свекровь, пока та перечисляла чужие нужды, словно заранее составила смету и теперь ждала лишь подписи владелицы наследства. Когда Лидия Михайловна наконец умолкла, в комнате повисла короткая пауза…
