Смех судьи Геннадия Миронова эхом разнесся по величественному залу суда, обшитому дубовыми панелями, словно внезапный раскат южного грома. Это был один из тех редких, безудержных взрывов веселья, который вырывается наружу прежде, чем высокопоставленный человек успевает вспомнить о своем достоинстве.
Он откинулся на спинку кожаного кресла, его лицо покраснело, когда он хлопнул ладонью по полированной поверхности судейского стола из темного красного дерева. Адвокаты в первых рядах, привыкшие к его суровому поведению и острому языку, обменялись недоуменными взглядами.
Судебный пристав, человек по имени Борис, со спиной, прямой как сосна, уставился в высокий потолок. Так он делал всегда, когда судья отклонялся от строгого формального протокола. А еще там была крошечная девочка в пастельно-розовом платье, стоявшая прямо в центре зала суда.
Она держала у уха черный смартфон, серьезная, как кремень, совершенно не обращая внимания на волны смеха и замешательства, которые только что обрушила на зал. Она не моргала и не дрогнула под тяжестью дюжины пристальных взглядов. Ей было, пожалуй, года четыре или пять, ее светлые волосы были заплетены в два задорных хвостика, перевязанных розовыми ленточками, которые слегка покачивались каждый раз, когда она склоняла голову, прислушиваясь к гудкам.
На ее лице было выражение, которым в совершенстве могут овладеть только дети — абсолютная, непоколебимая уверенность в том, что то, что они делают, — самая разумная и необходимая вещь во всем мире. Ее звали Мила, и она только что совершила подвиг тихой ловкости, который впечатлил бы и бывалого шпиона.
Во время перерыва, в особенно изнурительном слушании об опеке, она ускользнула от своей бабушки, сидевшей в зале, и подошла к Константину Фадееву, 52-летнему адвокату, известному своими дорогими костюмами и холодной эффективностью.
С тихой грацией тени она вытащила телефон из кармана его пиджака и отступила к судейскому столу. Она не убегала и не пряталась. Она просто стояла там и набирала номер со спокойной рассудительностью гениального стратега. Судья Геннадий Миронов первым заметил это движение краем глаза.
Он наблюдал, как этот маленький человечек в розовом перемещается по священному пространству между публикой и законом. Услышав тихий цифровой писк клавиатуры, он посмотрел вниз поверх очков.
«Что ты там делаешь, маленькая леди?»
