Голодная санитарка спешила на смену, но всё же купила мороженое слепому старику в парке

Она сама удивилась своему предложению. Но ей и вправду до одури захотелось сладкого: сидеть на лавочке, есть мороженое и разговаривать ни о чём с незнакомым человеком.

— Вы действительно этого хотите, моя юная леди?

Лицо старика посветлело. Даже сквозь пелену в его глазах словно начал пробиваться внутренний свет.

— Да. Конечно, на улице уже не жаркое лето. Но, по-моему, мы оба заслужили такое угощение. Правда?

— Правда. Не поверите, Ирина, как мне хочется шоколадного мороженого на палочке.

В его голосе зазвучала радость. Ирина вскочила и побежала к лотку неподалёку от входа в парк. Открыла кошелёк, достала последнюю купюру.

«Беспечная ты, Ирина. Последние деньги — на мороженое». Она сама себя отругала и сама же отмахнулась: «Да к чёрту. Живём-то в последний раз».

Радостей у Ирины и без того было мало. Не отказывать же себе ещё и в этой. Она протянула продавщице купюру.

— Дайте, пожалуйста, два мороженых: белое и шоколадное.

— Держите. Приятного аппетита!

С двумя порциями Ирина вернулась к скамейке. Шоколадное она осторожно вложила старику в руку.

— Спасибо вам, милая. Сколько с меня?

— Нисколько. Вы составили мне компанию, а я вас угостила.

— Тогда позвольте и мне вас пригласить. Когда будете свободны, встретимся здесь же. Только угощать стану я: возьмём кофе гляссе, с мороженым. Попробуйте, вам понравится.

— Я однажды пробовала. Вкусно, правда. С удовольствием приду.

Тот кофе был словно из прошлой жизни. Денис позвал её на свидание в кафе и заказал гляссе. На этом всё и закончилось: узнав, что Ирина сирота и зарабатывает гроши санитаркой в пансионате, он её оставил. У перспективного студента, видно, не нашлось ничего общего с такой девушкой.

Потом она встретила его в городе. Всё-таки подошла и спросила:

— Ден, почему ты меня бросил?

— А зачем мне нищая санитарка?

Модная одежда, сигарета в руке, самоуверенный вид — таким он ей и запомнился. Денис смотрел на неё снизу вверх и отвечал при нескольких парнях и девушках, стоявших рядом. Они слышали каждое слово. Именно это оказалось самым обидным: её унижение стало общим зрелищем.

Уходя, Ирина ругала себя. Она ведь знала ответ ещё до того, как подошла к Денису. Всё было понятно: он — перспективный студент, она — санитарка, у которой ни родителей, ни денег. И всё-таки остановила его, спросила, заставила сказать вслух то, чего вовсе не хотела слышать. Ирина шла и снова возвращалась к своему вопросу: зачем было спрашивать? Неужели надеялась услышать другое, когда сама прекрасно понимала, что он скажет? После этого она дала себе слово больше не задавать вопросов, на которые уже знает ответ.

Но сейчас перед ней был другой человек, и от его приглашения отмахиваться не хотелось.

— Так когда же у вас свободный день, милая Ирина?

— Сегодня буду отсыпаться после суток. А в четверг мы могли бы встретиться.

— Значит, в четверг и выпьем гляссе. Спасибо. К какому часу мне вас ждать? Здесь, на этом месте, — он постучал палкой по земле.

— Я пойду со смены. Могу сразу к вам, даже домой не заходить. Утром вам удобно?

— Старикам удобно всегда, особенно когда их хочет видеть такая барышня. Договорились: в четверг, до десяти утра.

Аркадий Викторович поднялся, с театральной любезностью приподнял шляпу и склонил голову. Затем тихо пошёл по аллее, постукивая палкой. Ирина смотрела ему вслед. Значит, дорогу он всё-таки различает; не совсем потерял зрение.

До зарплаты оставалось три дня. Дома ещё были крупа, чай и немного масла — дотянуть можно. Ирина переживала и более голодные дни. Она улыбнулась сама себе и отправилась домой: надо было приготовить обед и ужин, разделив стакан крупы и остаток масла на два приёма пищи.

Зато фигура модели. Никаких лишних килограммов.