В камере его встретил Миронович. Старик сразу понял по лицу Назара, что разговор был не простым.
— Виделись?
— Да.
— И?
— Предложил работать на него. Учить его людей. Взамен защита и адвокат.
— А вы?
— Отказался.
Миронович снял очки и долго протирал стёкла, хотя они были чистыми.
— Назар, вы понимаете, что сделали? Дед отказов не любит. Теперь вы сами по себе. Без его слова, без его людей.
— Понимаю.
— Тогда почему?
Назар посмотрел на свои руки. На старые шрамы, белые рубцы, сбитые костяшки.
— Потому что всю жизнь стоял по другую сторону. Я не могу перейти к ним только потому, что стало страшно.
— А если вопрос не в страхе, а в семье?
Ответить было нечего. Миронович не давил, но попал точно в то место, где у Назара внутри уже болело…
