— Одну дыру заткнули, — сказала соседка, посмотрев через её плечо. — И пароль сменила правильно. Теперь четвёртое: мужу ни слова.
— Зоя тоже так велела.
— Цыганка твоя, а соображает, — хмыкнула Валентина Григорьевна. — Пока он уверен, что ты ничего не знаешь, хвосты заметать не станет. Переписку не сотрёт, деньги не уведёт, сказку сочинять не начнёт. А ты собирай, что сумеешь найти сама. Утром получишь кредитную историю — разберёмся. Ещё открой своё банковское приложение, проверь операции по карте. Всё снимай.
Домой Марина вернулась уже в первом часу ночи. Удивительно, но, едва легла, сразу уснула.
В девятом часу утра пришла кредитная история. Открытый документ не умещался на экране, его пришлось листать. Сначала шли «Срочные деньги», потом «Деньги сразу», «Финансовый друг», ещё одна контора с названием, которое Марина даже произнести не смогла. Все четыре займа были оформлены в мае и июне. Просрочка стояла напротив каждого. Отдельные суммы — от 15 до 30 000 — вместе с процентами давали больше 100.
Ниже стоял банк «Надёжный»: потребительский кредит на 280 000, начало июля. Первый платёж не внесён.
Марина смотрела в эти строки, сидя на кухне, пока перед глазами не стало темнеть. Пришлось подняться, открыть окно, подышать. Вернувшись к столу, она вошла в приложение зарплатного банка. Здесь пароль остался прежним — Денис, видимо, не счёл нужным его менять.
Она пролистала операции до весны. Когда-то сообщения приходили после каждой покупки, а последний год уведомлений не было. Марина считала, что банк изменил какой-нибудь порядок. Теперь настройки показали другое: сообщения отключили вручную. В тот самый апрельский день, когда она находилась в больнице.
Займы зачислялись на её карту. Вот поступление от «Срочных денег», а вскоре — перевод по телефону. Так было после каждого зачисления. В строке получателя отображалось сокращённое имя: «Лариса Петровна Г.».
С деньгами из «Надёжного» оказалось иначе. Их перечислили на отдельную карту этого банка, тоже оформленную на Марину. О существовании карты она не подозревала. Нашла её, лишь задав название банка в поиске по своему электронному кабинету: оказалось, через эту учётную запись входили в банк. Доступа к карте у неё не было, выписку получить не удалось.
Впрочем, хватило и операций по зарплатному счёту. Почти 400 000 ушло Ларисе Петровне Г. за май, июнь и июль. Сохранив снимок каждой операции, Марина открыла чек одного перевода. Здесь имя было указано почти полностью: Лариса Петровна Гончаренко. Светлые волосы. Белый сарафан. Голубой конверт, перевязанный атласной лентой.
В обед снова позвонили из «Срочных денег». Теперь говорила женщина — резко, с первых слов на «ты».
— У тебя на фабрике все узнают, какая ты!
Марина прервала звонок и заблокировала номер. Именно так велела поступать Валентина Григорьевна.
В пятницу вечером на лестнице послышался Денисов свист, потом ключ завозился в замке. Марина заранее заставила себя занять место у плиты. Помешивая гречку, можно было не поворачиваться к двери и держать руки занятыми.
— Мариш, встречай, я дома!
На кухне он обнял её сзади, пристроив подбородок на плече. Дорога, бензин и едва уловимый остаток чужих сладких духов — вот чем пахло от мужа.
— Ну как вы? Малыш как?
— Толкается.
Собственный голос удивил Марину: ни единого необычного звука.
— А я вам гостинец привёз.
На столе появилась узорчатая золотистая коробка с чак-чаком. Марина перевела взгляд с подарка на мужа. Он уже стягивал голубую рубашку — ту самую — и бросал на спинку стула, собираясь отправить в стирку.
— Спасибо.
Когда за ним закрылась дверь душа, Марина подняла коробку. На самом краю сбоку белела маленькая магазинная наклейка: цена, штрихкод и мелко напечатанное название сети. Магазин был знакомый, возле вокзала в Берёзовске. Перед электричкой она иногда брала там воду. Сфотографировав этикетку, Марина аккуратно вернула подарок на стол.
За ужином Денис живо, с шутками и подробностями, описывал клиента в другом городе, пробку на мосту, гостиничный кондиционер, который не работал. Марина кивала, где полагалось — смеялась. Четыре года она слушала его вот так. И за всё это время ни разу не поинтересовалась даже названием гостиницы.
— Бледная ты какая-то. — Он положил ладонь на её руку. — Всё точно в порядке?
— Да. От жары, наверное. Почти не сплю.
— Бедная. Потерпи, родишь — станет легче. Думаю, может, взять в сентябре отпуск? Побудем вместе с малышом. Хочешь?
— Хочу…
