Жизнь без прикрасНаталья появилась в дверях архива. Уже без слёз, спокойным, ровным шагом прошла в кабинет и остановилась перед мужем. На синей форме виднелся бейджик с её именем.
— Привет, Игорёк. Ну как там в курортном городе, тепло?
Он застыл, разинув рот. Ухмылку словно смыло струёй из шланга.
— Наталья… Как ты… Ты ведь летишь…
— Я поменялась рейсами. На Стамбул. Чтобы этот человек не оказался в турецкой камере. — Она слегка склонила голову. — А балконную дверь всё-таки следовало починить. Полгода тебя просила.
Маргарита смотрела то на неё, то на Игоря.
— Кто она? Игорёк, что это за женщина? — спросила она тихо.
— Жена. Законная, уже двенадцать лет. А вы, надо полагать, Ритуля? Троюродная сестра?
Секунды три никто не двигался. Потом Маргарита развернулась и наотмашь ударила Игоря по лицу. От звонкой пощёчины голова его дёрнулась.
— Ты клялся, что развёлся! Мы должны были вдвоём уехать в Испанию! Ты обещал!
— Да какая теперь разница! — заорал он, прижимая руку к щеке.
Оперативники едва успели их разнять. Игоря отвели в сторону, Маргариту усадили; за спиной у неё остался сотрудник. Я подошёл и сел напротив, достаточно близко, чтобы видеть лицо.
Она тяжело дышала. Волосы растрепались, жемчуг сбился набок, на кремовом костюме темнели кофейные пятна. Ничего общего с женщиной в зелёном платье, когда-то подошедшей ко мне у колонны со словами: «Можно я поскучаю с вами?»
— Рита, мне нужен один ответ. Только честный. Терять тебе уже нечего.
Она посмотрела на меня. По этому взгляду я не видел ни страха, ни раскаяния — одну злость.
— Помнишь мой день рождения позапрошлой осенью? — продолжил я. — Браслет. Это ты положила его Кате в сумку?
Маргарита молчала секунд десять. Затем запрокинула голову и хрипло, некрасиво рассмеялась.
— Конечно, подбросила. А ты что думал? Что твоя святая доченька и в самом деле воровка? Ты прикидываешься тупым, Виктор, или и впрямь ничего не соображаешь? Катя меня насквозь видела, с самого первого дня. Каждый раз приходила и смотрела на меня так, будто ей уже всё известно. Потом шептала тебе по углам. Мешала она мне, понимаешь? Нужно было от неё избавиться — вот я и избавилась. Дождалась, когда она поведёт Федьку в туалет, и сунула браслет в её сумку. На всё — пять секунд. А дальше ты сам: сразу поверил, даже сомневаться не стал. — Маргарита наклонилась ближе ко мне. — Ты хоть знаешь, до чего легко мне это далось, Виктор? Я браслет положила, а выгнал её ты. Единственного человека, который тебя любил, ты сам из дома выставил.
Рогов кашлянул; оперативник молча включил на телефоне диктофон. Я продолжал смотреть на Маргариту и не чувствовал боли. Она была там, в аэропорту, когда до меня всё дошло. Теперь внутри стояли пустота и тишина, как ночью на стройке: люди ушли, ветер ходит по этажам.
— Восемь лет, Рита. Восемь лет я тебя любил. По-настоящему.
— Восемь лет! — передразнила она. — Да я восемь лет терпела твой храп, сметы, рассказы про бетон за ужином! Пузо, лысину, вечное: «Риточка, а где мой ремень?» Ты представляешь, каково каждое утро просыпаться со стариком, которого видеть не можешь? Эти деньги я заслужила. Каждую копейку!
— Заслужила, — сказал я. — Всё, что теперь получишь, Рита. До последнего дня.
Майор кивнул оперативнику, и на её тонких запястьях защёлкнулись наручники. Возможно, те самые, что утром были на мне. Когда-то на этих руках сверкал подаренный мною к годовщине бриллиантовый браслет.
Игоря поставили к стене. Теперь он не кричал: упёрся лбом в обои и негромко, на одной ноте твердил:
— Это не я. Это всё она. Это не я.
Я подошёл к нему.
— Игорёк, верни часы.
Он повернул голову, не понимая.
— Чего?
— С гравировкой. — Я подставил ладонь. — Их подарили люди, с которыми я работаю тридцать лет. Они меня уважают. Тебе такие не по размеру. И куртку снимай — тоже моя.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.