Жизнь без прикрас
Степан и Валентина сказали всем троим детям, что остались без квартиры: её будто бы отобрали за долги. С одним чемоданом на двоих и старой овоськой они отправились просить приюта. Дверь им открыла только жена младшего сына — невестка, которую Валентина так и не привыкла считать своей.
В ту октябрьскую субботу за молоком приходилось ходить на балкон. Там, в эмалированной кастрюле с крышкой, Валентина держала его с тех пор, как Руслан увёз холодильник. Старший сын, начальник цеха, говорил, что холодильник подойдёт для пустующего гостевого домика на его загородной даче. Объяснил, что родителям незачем терпеть ночное гудение, и обещал купить другой: небольшой, бесшумный, с морозилкой.
Обещанного холодильника не было. Остался возле окна светлый след на линолеуме — прямоугольный, ровный, как заплатка. По утрам Валентина по-прежнему огибала это место, словно холодильник никуда не делся.
Руслан с Жанной приехали без предупреждения. Во дворе хлопнула автомобильная дверца; выглянув, Валентина увидела серый внедорожник на газоне возле подъезда. Летом соседка выращивала там бархатцы.
Сын первым поднялся в квартиру. Поцеловал мать в висок, спросил про давление, но ответа не дождался — направился в большую комнату. Жанна, не вынимая рук из карманов светлого пальто, прошла следом, разглядывая обои.
— Мам, телевизор заберём. Я ведь предупреждал, — донеслось из комнаты.
Валентина такого разговора не помнила. Перед телевизором сидел Степан: газета на коленях, очки на носу. Шли новости. Он поднял глаза на сына, глядя поверх оправы.
— Мы его смотрим, вообще-то.
— Пап, там у вас всё одни новости. Лучше радио оставлю, хорошее, флешку можно вставлять. Жанна привезла.
Договаривая, Руслан уже вытаскивал вилку. На экране что-то мелькнуло, и вместе с изображением оборвалась чья-то недосказанная фраза.
Валентина пошла ставить чайник. Принесла молоко с балкона, взялась за хлеб. Когда приезжали дети, ей не нужно было обдумывать, чем заняться: руки сами делали привычное. С утра она сварила сыну щи, и теперь маленькая кухня пахла капустой. За последние три года Руслан ни разу не присел здесь к столу. А она продолжала готовить ему.
На кухне было всего шесть метров: герань у окна, часы над дверью. Эти часы Степан принёс с завода к десятой годовщине их свадьбы. Дверные петли он собирался подтянуть лет пятнадцать, да так и не подтянул; створка неплотно прилегала, и из прихожей доносилось каждое слово.
Руслан и Жанна задержались возле вешалки. Степан ещё сматывал провод в комнате. Они разговаривали вполголоса, но для такой квартиры и этого было достаточно.
— Насчёт дачи ты с отцом поговорил? — спросила Жанна.
— Ещё нет, до зимы подожду. Продадим их дачу и в дом престарелых. Тут неподалёку от города есть частный, хороший. Я уже всё разузнал: и врач, и питание, и присмотр.
— А с квартирой что?
— До квартиры после доберёмся. Сперва дача. Отец туда больше не выберется, ты же видишь, как ходит. Мотоблок я уже увёз, ему-то он без надобности. Лишь бы Наташка раньше времени не пронюхала, делить полезет.
— Не полезет. Она уже полгода на их звонки не отвечает.
Валентина продолжала смотреть на батон. В руке оставался старый нож; деревянную ручку Степан когда-то склеил эпоксидкой. В прихожую она не пошла. Стоило показаться сыну — он бы по лицу догадался, что она слышала. А ей самой было ещё непонятно, хочется ли выдать себя.
Положив нож, она зачем-то нагнулась к пустому месту возле окна. В щели у плинтуса краснела крошечная железная машинка. Валентина подцепила её двумя пальцами. Грузовичок с единственным колесом — Мишин.
Мише было около четырёх, когда игрушка исчезла. Два дня он плакал, заглядывал под кровать и под ванну, перерывал дворовую песочницу. А грузовичок больше тридцати лет лежал за холодильником: тот ни разу не отодвигали. Теперь отодвигать было уже нечего.
В кармане фартука у Валентины оказалась машинка. Вскипел чайник.
Щёлк.
— Мам, чай не надо, нам некогда! Пап, дверь придержи! — крикнул из прихожей Руслан.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.