Солнце клонилось вниз. Небо разливалось розовым и золотым. Савелий Андреевич включил радио, и салон наполнила старая мелодия из тех лет, когда мир казался проще. Он прибавил звук.
Через несколько километров на обочине стояла другая патрульная машина. Рядом — двое молодых служащих. Увидев старый внедорожник, они не бросились к дороге с жезлом. Один внимательно сверился с планшетом, затем выпрямился и чётко отдал честь.
Савелий Андреевич слегка кивнул в ответ.
Вот такой и должна быть служба, подумал он. Не потому, что перед ними особый человек. Просто такой — всегда.
На душе стало немного легче. Может быть, сегодняшний день окажется уроком не только для тех, кто уже прогнил, но и для тех, кто только надевает форму и ещё способен понять, что она означает.
К своим воротам Савелий Андреевич подъехал уже в сумерках.
Он заглушил двигатель и несколько мгновений сидел в тишине. В траве запели сверчки. Воздух пах скошенным сеном, землёй и вечерней прохладой. Всё, что случилось на дороге, могло бы показаться дурным сном, если бы не временное удостоверение, лежавшее на соседнем сиденье.
Он вышел, открыл ворота и загнал машину во двор.
С крыльца с радостным лаем сорвался старый крупный пёс по кличке Гром. Он вилял хвостом так отчаянно, будто хозяина не было не несколько часов, а целую вечность.
Савелий Андреевич потрепал его по загривку.
— Ну что, дружище, заждался? Долгая вышла дорога.
Он открыл багажник и аккуратно достал ящики с рассадой. Те самые помидоры, ради которых он собирался спокойно приехать за город. Тонкие стебли слегка поникли после жары, но остались живы.
Старик бережно перенёс их в теплицу.
Земля успела подсохнуть, и он наполнил лейку водой из бочки. Ровное журчание окончательно успокоило его. Завтра утром он высадит растения. Они будут тянуться к солнцу, цвести, давать плоды — несмотря на всё, что творится у людей. В этой простой неизбежности была правда, которой Савелию Андреевичу так не хватало в годы службы…
