Заявление подали в тот же день. Ирина помогла последовательно изложить обстоятельства и приложить копии документов, фотографии распечаток, сведения о банке и кадры с флешки. Молодой следователь в помятом пиджаке сначала слушал с усталой вежливостью, но, увидев нотариальное согласие, выпрямился и стал задавать точные вопросы.
Он объяснил, что подпись направят на экспертизу, нотариуса проверят, а Богдана вызовут для дачи показаний. Если документ изготовлен без участия собственницы, дело касается подделки и возможного мошенничества. Оксана расписалась под заявлением и вышла на улицу.
На ступенях она остановилась, не понимая, сколько прошло времени — несколько секунд или целая минута. По дороге двигались машины, женщина с коляской обошла её по краю тротуара, из кафе напротив тянуло жареным луком. Мир жил обычным понедельником, хотя сама Оксана всё ещё не чувствовала под ногами твёрдой поверхности.
Ирина встала рядом и не стала произносить пустых утешений.
— Ты всё делаешь правильно.
Этого оказалось достаточно.
К вечеру Оксана вернулась домой. Богдан сидел на диване и смотрел что-то в телефоне. Он спросил, где она провела день. Жена ответила, что была у Ирины и занималась делами. Муж спокойно кивнул и снова уткнулся в экран.
Ей пришлось пройти мимо него, не ускоряя шаг и не выдавая себя взглядом. Ещё недавно Оксана рассказала бы мужу о любой неприятности сразу, ожидая поддержки. Теперь каждое слово могло предупредить его и дать время уничтожить бумаги или придумать новую версию. Молчание казалось неестественным, но впервые оно защищало её, а не его.
Оксана прошла на кухню с почти нереальным ощущением. За стеной находился человек, который пытался лишить её жилья, а вёл себя как обычный муж после обычного рабочего дня. Она поставила чайник, налила кипяток в чашку и лишь потом заметила, что забыла положить пакетик.
Через два дня Богдану позвонили из полиции. Оксана была на работе и не видела его первой реакции. Вечером он встретил её прямо в прихожей — бледный, небритый, с тёмными тенями под глазами.
— Меня вызывают на допрос. Ты что-нибудь об этом знаешь?
Она поставила сумку на пол, сняла куртку, аккуратно повесила на крючок и только после этого посмотрела ему в лицо.
— Да. Заявление подала я.
Богдан открыл рот, но несколько секунд не мог подобрать слова. Потом заговорил быстро. Назвал происходящее ошибкой, недоразумением, попыткой неизвестных людей его подставить. Пообещал всё объяснить, хотя Оксана ни о чём не спрашивала.
— Объясни следователю.
Она прошла на кухню. Богдан двинулся за ней, и его речь становилась всё громче и путанее. Он отрицал существование согласия, утверждал, что не знает никаких документов, возмущался тем, что жена обратилась к посторонним. Оксана включила чайник, достала чашку и на этот раз сразу положила пакетик.
— Ты понимаешь, что делаешь? — сорвался Богдан. — Ты сама разрушаешь нашу семью!
Оксана повернулась. Голос оставался таким же спокойным, каким она зачитывала финансовые итоги на рабочих совещаниях.
— Семью разрушил ты. Я только передала документы тем, кто должен в них разобраться.
Богдан замолчал и посмотрел на неё словно на незнакомого человека. Потом резко развернулся, ушёл в комнату, а через полчаса хлопнул входной дверью. Вернулся поздно и лёг на диван. После этого супруги почти не разговаривали, ожидая, что покажет проверка подписи и что расскажет нотариус…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
