— Нормальная мать не ломает жизнь сыну ради собственной власти над ним.
Губы Раисы Степановны дрогнули. Возможно, впервые за долгое время ей ответили не шепотом, не оправданием, не просьбой успокоиться. Ей просто сказали правду.
Последние коробки вынесли в коридор. Квартира пустела на глазах. Но вместе с вещами уходила и тяжелая, липкая атмосфера, которая месяцами висела в комнатах.
Лена вдруг почувствовала, как тихо стало внутри.
Не страшно. Не больно. Просто свободно.
Артем опустился на стул и закрыл лицо руками.
— Как мы вообще до этого дошли?
— Не мы, — тихо сказала Лена.
Он поднял голову.
— Что?
— Ты. Ты позволял этому происходить.
Он долго молчал. Потом спросил уже совсем другим голосом:
— И что теперь?
— Теперь ты уедешь с мамой.
— Лен…
— Нет.
— Давай поговорим.
— Мы говорили много раз. Ты просто не слушал.
Он нервно усмехнулся.
— Ты правда хочешь вот так все закончить?
