Жизнь без прикрасПервые месяцы Марьяна звонила часто. По видеосвязи она смеялась, показывала двор, просторные комнаты, яркие ткани, незнакомые блюда. Лариса ловила каждую мелочь: не усталые ли глаза, не дрожит ли голос, не прячет ли дочь что-то за улыбкой. Павло слушал молча, но после разговоров подолгу сидел у окна.
Постепенно в рассказах Марьяны появились тревожные нотки. Она говорила, что одна на улицу почти не выходит: небезопасно, приезжих женщин иногда похищают ради выкупа. Жаловалась, что свет и вода могут пропасть на несколько часов. Смеялась, что учится готовить местные блюда, хотя получается не всегда. Потом призналась: Малик не хочет, чтобы она работала.
— Он говорит, жене лучше быть дома, — сказала она и отвела взгляд от камеры.
— А ты сама чего хочешь? — спросила Лариса.
— Не знаю. Привыкаю.
В другой раз Марьяна сказала, что скучает по живым цветам. Там, где она жила, цветы почти не дарили, в лавках стояли в основном искусственные. Эта мелочь особенно ранила Ларису.
А однажды дочь произнесла совсем тихо:
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.