— Ирочка, вы уж простите за ранний звонок, не удержалась. Светлана Петровна нам вчера большой секрет раскрыла. Оказывается, это вы от чистой души отцовские сбережения на праздник передали и строго-настрого просили не афишировать. Даже уехали специально, чтобы мы вас благодарностями не смущали. Она прямо так и сформулировала, слово в слово.
— Мы с супругом много чего на веку повидали, но такую щедрость встречаешь нечасто. После медового месяца молодых мы обязательно напросимся к вам в гости, чтобы лично выразить глубочайшее уважение.
— Жду с нетерпением, — согласилась Ирина. — Обязательно приезжайте, устроим приём.
Она положила телефон на перило и задержалась, наблюдая за течением. Её удалили из дома. Вовсе не из-за бытовой неудобности. Её спровадили по простой причине. Начни они при 300 свидетелях громко рассыпаться в благодарностях невестке — вся красивая легенда рухнула бы немедленно, аккурат между подачей горячего и разрезанием многоярусного торта.
В крупном порту она сошла на берег, бросила остаток маршрута и пересела на поезд, рассчитав прибытие домой к вечеру торжественного дня. Мужу ничего отправлять не стала.
В вагоне телефон принял длинное сообщение с фотографией рукописной сметы. Усиление фундамента, заливка гидроизоляции, бетонная отмостка, услуги бригады. Внизу стояло 2 800 000.
За такие деньги дом заново заливают вместе с погребом, подумала Ирина и пробежалась по строкам привычным взглядом, каким всегда разбирала рабочие бумаги. Указанная дата осмотра выпадала на воскресенье. В тот день она безвылазно сидела дома и подливала золовке берёзовый сок, пока та листала каталоги.
В финале послания супруг сетовал на банк, который ни с того ни с сего затребовал его личной явки в офис.
— Он свято верит, что это банк осторожничает, — сказала она юристу по телефону. — Он до сих пор убеждён в моём неведении.
— Ирина, вы осознаёте масштаб их ошибки? Перед новыми родственниками средства объявлены безвозмездным даром. Перед вами — вынужденной тратой на стройку. Обе версии прозвучали при свидетелях. Я запускаю процесс по официальной претензии.
Домой она добралась в густой темноте. До того как повернуть ключ, обошла дом кругом с ярким фонариком, фиксируя на видео цоколь и фундамент, отмостку и заднюю кирпичную кладку. Ни единой микротрещины, ни следа свежего грунта, ни отпечатков протекторов на газоне. Трава там, где якобы работала тяжёлая техника, стояла нетронутой.
Дом был крепкий и досмотренный, потому что все эти годы она вкладывала в него свои премиальные. Освещение в комнатах она зажигать не стала, включила подсветку на кухонной вытяжке и опустилась на стул.
Перед ней лежал пакет из плотной бумаги с образцом именного сувенира, забытым кем-то из хозяек праздника. Она сидела в полумраке и считала не потерянные финансы, а ушедшие годы. Около двух ночи замок наконец заворочился. Максим ввалился в прихожую разгорячённый, в расстёгнутой на три пуговицы рубашке. Заметив жену в кухонном полумраке, он на мгновение отшатнулся.
— Ты же должна прибыть в воскресенье. — Я приехала раньше расписания. Он выпрямил спину. Испуг моментально вытеснило другое выражение: уверенное и сытое. — Ну и ладно, рано или поздно всё равно бы вскрылось. Мы оплатили банкет твоим наследством. И не строй из себя жертву, семья у нас общая, а такое грандиозное событие бывает раз в жизни. Сестре надо было помочь. — Славно погуляли, — ответила Ирина. — А теперь слушай сюда. Она положила телефон на стол экраном вверх.
— Вот банковская выписка. 2 800 000 снято по доверенности, которой десять лет. И получатель указан прямым текстом. Контора, что весь вечер подавала вам фазанов. Никаких подрядчиков в этой строке нет и не было. — Ира, давай без скандалов. — А вот фундамент на сегодняшний вечер, съёмка со всех сторон. Покажи мне трещину. Пальцем ткни. Он суетливо вытер лоб рукавом. — Этим мать занималась. Я только бумагу забрал. — Бумагу ту самую, которой ты в июле от моли отмахивался. Дата осмотра в ней стоит на воскресенье перед моим отъездом. В тот выходной я никуда не выходила и наливала твоей сестре сок. Ваш невидимый мастер по воздуху летал.
— Я полагал, ты не станешь вникать в строительные тонкости. — Я 20 лет разбираю сметы. Вот пункт про кровельные работы, а вот реальный договор двухлетней давности на эту самую кровлю и фотоотчёт к нему. Подрядчика по твоим реквизитам в природе не существует. Я проверила ещё в поезде. Вы подсунули мне филькину грамоту, сляпанную за 10 минут. Максим грузно опустился на табурет, избегая смотреть ей в глаза. — И давно ты в курсе? — С третьего утра моей поездки. В тот же момент я распорядилась обнулить все доступы к счёту. Затем сошла в порту и официально отозвала бумагу через нотариуса. Она слегка подалась вперёд. — Банк у тебя работал исправно, Максик. Это я перекрыла кран…
