Жизнь без прикрасВечером Олеся поехала к дому Савченко. Не для встречи — только увидеть место, где росла София. Дом был двухэтажный, с тёплым светом в окнах и рябиной у калитки. На крыльце стояла Ирина Михайловна в домашнем кардигане, говорила по телефону. Через минуту из-за угла появилась София с папкой рисунков и пакетом корма для кошки.
Ирина шагнула навстречу, забрала пакет, что-то сказала. София вдруг прижалась к ней, как ребёнок, которому тяжело держаться взрослой. Женщина обняла её крепко, привычно, без сомнения в своём праве.
Олеся стояла за деревом на другой стороне улицы и не могла отвести взгляд. В сумке лежал результат теста. На бумаге было написано, что София — её дочь. А у калитки живая девочка держалась за женщину, которую любила как мать.
Самое страшное, поняла Олеся, ещё впереди.
Сообщение от Максима пришло ночью. Он прислал фотографию билета с изменённой датой обратного рейса: «Дела идут быстрее. Возможно, вернусь раньше».
Он возвращался. До его приезда нужно было успеть больше, чем позволяла обычная смелость.
Олеся отъехала за квартал и только у аптеки набрала ответ: «Напиши, когда будет точная дата».
«Скажу завтра», — ответил он почти сразу.
Дома она не включала свет в прихожей. Прошла в гостиную, подошла к растению и провела пальцем по краю нового горшка. Похож, но не тот. Если Максим присмотрится, заметит. Если начнёт ковырять землю, всё поймёт.
Она сделала несколько снимков цветка с разных сторон и отправила один: «Листья поднялись. Кажется, место подошло».
Ночь прошла без сна. Олеся перечитывала выписки. Мартынюк. Литвиненко. Дата родов. Крестик рядом. Утром она поехала к Мирославу Левицкому.
Адвокат встретил её без лишних слов. На столе уже лежала папка с закладками.
— Результат есть?
Олеся протянула конверт. Левицкий прочитал заключение, снял очки.
— Для вас это ответ.
— Для суда пока нет.
— Верно. Поэтому дальше — без ошибок. Никаких встреч с Софией один на один. Никаких сообщений. Сначала взрослые.
— Савченко?
— Да. Лучше начать с отца. Тарас Андреевич руководит архитектурным бюро. Личный разговор допустим, если вы не угрожаете и не требуете.
— Я не хочу её отнимать.
— Скажите это сразу. И держитесь за эту мысль, даже когда будет больно.
Левицкий подготовил обращение: находка, запись Надежды Мельничук, старые документы, сведения Раисы Дорошенко, просьба проверить рождение, смерть, передачу ребёнка и оформление Софии.
— Раису нельзя подставлять, — сказал он. — Но если будет дело, свидетелю придётся говорить официально. Иначе нас разорвут на эмоции без доказательной цепочки. Предметы пока храните не дома, потом передадим по протоколу.
— Если София не захочет меня видеть?
— Тогда придётся ждать. Правда не даёт права ломать чужую волю.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.