Олег сидел один в гостиной и пил выдержанный коньяк, привезённый из недавней поездки. Ещё утром дом казался ему свидетельством успеха, а теперь просторные комнаты лишь усиливали ощущение краха. Марина отключила телефон. Дарья ответила один раз, попросила не звонить и оборвала разговор.
Через несколько минут на экране появилось имя Валерии.
— Почему тебя нет в офисе? Ты куда пропал?
— Это сейчас не имеет значения.
— Как не имеет? После всего, что между нами…
— Ты звонила Марине? — перебил он. Злость вспыхнула внезапно и остро. — Рассказала ей, что беременна?
Валерия замолчала, и эта пауза прозвучала убедительнее признания.
— Ответь мне.
— А что оставалось? Ты целый год обещал развестись и каждый раз находил причину отложить.
Олег бросил телефон на диван. Значит, Валерия решила подтолкнуть его к выбору, которого он делать не собирался. Он ходил по гостиной, замечая вокруг следы жены: книги на полке, ухоженные цветы, фотографии в рамках. С каждого снимка смотрела молодая Марина — смеющаяся, с маленькой Дарьей на руках. Была ли она тогда счастлива или уже училась улыбаться для других, Олег не знал.
Слова из письма возвращались снова: она знала почти всегда. Олег не понимал, как Марина могла жить рядом с предательством, готовить ужины, обсуждать счета, делить одну постель и ни разу не заставить его увидеть последствия. Он поймал себя на возмущении и тут же почувствовал стыд. Даже сейчас пытался сделать её молчание частью собственной защиты.
Он прекрасно знал распорядок Марины, помнил, какой чай она пьёт и во сколько возвращается из школы. Но не представлял, о чём она думает у окна, отчего иногда плачет ночью, какие мечты прячет от семьи. Впервые Олегу стало стыдно не только за измены, которые он годами объяснял скукой и мужской природой, а за полное равнодушие к человеку рядом.
Снова зазвонил телефон, теперь с незнакомого номера. Олег схватил его, надеясь услышать жену.
— Олег Андреевич? Вас беспокоят из местной больницы. Ваша мать, Лариса Петровна Савчук, поступила около часа назад с инсультом.
У него мгновенно пересохло во рту.
— Этого не может быть. Вчера вечером мы разговаривали, она чувствовала себя нормально.
— Состояние тяжёлое. Вам следует приехать как можно скорее…
