Дарья призналась, что тоже не понимает увиденного. Галина Степановна подошла ближе, взглянула через плечо дочери на пожелтевшие снимки и вдруг побледнела.
— Это девочка Олега, — произнесла она. — У него был ребёнок до вашего знакомства.
Марина медленно повернула голову.
— Откуда ты знаешь?
Мать отвела взгляд. Много лет назад Лариса Петровна упомянула о девушке и ребёнке незадолго до свадьбы. Галина хотела поговорить с дочерью, но растерялась: всё уже было решено, подготовка шла полным ходом, Марина не принимала ни одного сомнения о женихе. Потом рождение Дарьи, домашние заботы и годы молчания сделали признание всё труднее.
— Я решила, что та история закончилась до тебя, — сказала Галина Степановна. — Думала, незачем разрушать семью из-за прошлого.
— Ты знала двадцать три года? — голос Марины становился громче. — Знала, что у моего мужа есть ребёнок, и ни разу не сказала?
Дарья встала между ними.
— Мама, подожди. Бабушка ошиблась, но она не хотела тебе зла.
Марина рассмеялась странным, сорванным смехом. Всё напряжение последних дней прорвалось разом.
— Никто не хотел зла. Все поступали «как лучше», все берегли меня от правды. Один человек лгал, остальные молчали, а я прожила почти половину жизни рядом с незнакомцем.
Она прижала папку к груди и направилась к двери.
— Я еду к Олегу. Сейчас. Он расскажет всё, что скрывал.
Дарья напомнила о позднем времени, мать просила остановиться и сначала успокоиться, но Марина уже не слышала. Она сбежала по лестнице, вышла под ледяной дождь и остановила такси. В руках лежала чужая переписка, чужие фотографии и правда, которая всё это время существовала где-то рядом.
По дороге она смотрела на размытые огни и повторяла про себя, что хочет знать всё. Не догадки, не отредактированные объяснения, а правду целиком. Слишком долго другие решали, какую её часть она способна вынести.
Машина остановилась у знакомых ворот. Дом был почти тёмным, свет оставался только в кабинете наверху. Марина расплатилась и вошла своим ключом, который ещё не успела вернуть. В прихожей пахло деревом, кожей и одеколоном Олега. Когда-то этот запах означал возвращение домой. Теперь он принадлежал чужому месту.
Олег показался на лестнице, пока она снимала мокрое пальто.
— Марина? Почему ты приехала?
Он увидел папку, и вопрос оборвался.
— Где ты это взяла?
— Дарья нашла среди вещей твоей матери.
Олег медленно спустился. За последние дни его лицо осунулось, морщины стали глубже, седина заметнее. Марина не понимала, действительно ли он так изменился или она впервые смотрела без привычной пелены.
— Давай пройдём в кабинет, — сказал он. — Здесь разговор будет долгим.
В комнате всё оставалось на своих местах: массивный стол, кожаное кресло, дорогие издания на полках, которых хозяин почти не открывал. Рядом со стаканом стояла начатая бутылка. Марина села напротив и положила папку на колени.
— Начинай с самого начала. Кто женщина рядом с тобой? Чей младенец у тебя на руках?
Олег налил немного коньяка, но не выпил. Он долго смотрел на янтарную жидкость, будто надеялся найти в ней подходящие слова.
— Её звали Надежда. Надя. Мне было восемнадцать, ей двадцать. Она работала официанткой в кафе недалеко от места, где я учился. Весёлая, лёгкая, красивая. Я влюбился так, как можно влюбиться только в юности, когда последствия ещё кажутся выдумкой взрослых.
Он провёл ладонью по лицу.
— Через полгода Надя сказала, что беременна. Я собирался жениться и был уверен, что поступлю правильно. Но мать пришла в ярость. Для неё Надя была девушкой из простой семьи, без образования и будущего. Она убеждала, что я перечеркну свою жизнь.
— Вы поженились? — спросила Марина, хотя уже догадывалась об ответе.
— Нет. Я испугался. Мать угрожала выгнать меня, перестать оплачивать учёбу и лишить любой поддержки. Я привык жить удобно и оказался слабее, чем сам о себе думал.
Марина почувствовала, как ногти впиваются в картон папки.
— Что ты сделал с беременной девушкой?
Олег наконец поднял глаза. В них был настоящий стыд, которого жена не видела за все годы брака.
— Дал деньги и попросил прервать беременность. Надя отказалась. Она родила дочь одна и назвала её Марией…
