Жизнь без прикрасЮрий промолчал.
Позднее пришло постановление о возмещении части имущественного вреда от незаконного уголовного преследования. Юрий предупредил: остальные требования придётся подавать отдельно и подтверждать документами.
— Даже оправдали, а конца нет, — сказала Оксана.
— Одно решение о реабилитации прожитых лет не вернёт.
— Это я поняла.
Подписав бумаги, она сложила их в папку. Документы больше не означали для неё страх: с их помощью можно было вернуть хотя бы то, что ещё поддавалось возвращению. Отворачиваться от них она перестала.
Дольше остальных тянулся спор о загородном доме. После осуждения Оксаны его перепродавали несколько раз и в итоге оформили на общество, связанное с людьми Вадима. Суд разбирался в документах, платежах, отношениях участников этой цепочки.
Однажды Юрий привёз в офис решение.
— Дом вам возвращают.
Оксана прочла первую страницу, потом последнюю.
— С этим спором закончили?
— Да. Решение вступит в силу — зарегистрируем право.
— Думала, почувствую другое.
— Что чувствуете сейчас?
— Боюсь туда ехать.
Лишь через несколько недель она открыла ворота. Кусты во дворе разрослись, террасу заставили чужой мебелью. В доме сменили шторы и цвет стен, почти все её вещи вынесли.
Оксана прошла по комнатам и остановилась у бывшей спальни Алины. Теперь там был кабинет. Она вошла, долго смотрела на пустую стену.
— Здравствуй.
На следующий день, вернувшись в Липовежье, Оксана застала Галину за чисткой яблок.
— Дом отдали. Тот, большой.
— Хорошо. Переезжать когда будешь?
— Будем. Вместе.
Нож в руке старушки остановился.
— Это кто вместе?
— Мы с вами.
— Никуда я отсюда не собиралась.
— Знаю.
— Тогда к чему разговор?
Оксана села напротив.
— Этот дом я не продам. Право жить здесь за вами остаётся. Захотите — останетесь, захотите — летом будем приезжать. Но там комнат много, ванная нормальная, отопление, поликлиника недалеко. Одной возвращаться не хочется.
Галина помолчала.
— Из жалости зовёшь?
— Нет.
— А зачем тащишь?
— Привыкла к вам.
— Невелика причина.
— Другая тоже есть.
— Ну?
— Вы мне семьёй стали.
Галина отвернулась к окну.
— В матери тебе гожусь.
— На это рассчитываю.
— Нахальная.
— Характер такой.
Старушка рассмеялась.
За неделю они переехали. Галина настояла на старом кресле, коробке писем Игоря, фотографиях и ободранной кастрюле, которую Оксана давно хотела выбросить.
— Посуда там есть.
— Зато у этой крышка хорошая.
— Погнутая же.
— Хорошая. Привыкла я.
Оксана уступила.
После первой, плохо проспанной ночи Галина объявила, что дом непомерно большой.
— Будто на вокзал отправляюсь, пока до кухни доберусь.
— Привыкнете.
— Не привыкну — что тогда?
— Отвезу в Липовежье.
— Сразу?
— Сразу.
Старушка успокоилась. В гостиной Оксана поставила фотографию Алины; Галина сама принесла снимок Игоря и разместила рядом. Оба снимка теперь стояли вместе на полке.
В воскресенье приехал Пётр с продуктами. Долго осматривал дом.
— Галина Ивановна, роскоши не многовато?
— Проверяю пока.
— Какие выводы?
— Кухня далековато. Остальное терпеть можно.
За столом Оксана подняла чашку.
— Пётр Алексеевич, хочу всё-таки поблагодарить вас.
— Об этом уже говорили.
— Тогда за дело. А теперь — за Галину Ивановну. За то, что столько лет о ней помнили.
Пётр посмотрел на старушку.
— Скорее уж она меня не отпускала.
— Не верь ему, — сказала Галина. — Приезжал сам.
После обеда он уехал. На крыльце Оксана обнаружила коробку садовых перчаток.
— Вам привёз?
— Мне. Думает, с артритом мне только телевизор смотреть осталось.
Первый за несколько лет прибыльный квартал пришёлся у компании на весну. Вместо громкого праздника Оксана купила торт, поставила в переговорной и позвала сотрудников.
Марина подошла последней.
— Вы другая стали.
— Хуже?
— Раньше после такого отчёта никому бы не удалось уйти до девяти вечера: вы бы обсуждали со всеми планы. А сейчас отпустили домой.
Оксана улыбнулась.
— Выходит, хоть чему-то полезному колония научила.
Она сама тоже уехала раньше. Дома Галина встретила её недовольно:
— Где пропадала?
— Работала.
— Это я знаю. Почему трубку не брала?
— В сумке телефон лежал.
— Садись уж, ешь.
Оксана повесила пальто.
— Сегодня Марина сравнила нас с матерью и дочерью — так, говорит, мы с вами живём.
— А ты что?
— Ответила, что ещё неизвестно, кто кого воспитывает.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.