Жизнь без прикрас
Трёхъярусный торт весом одиннадцать килограммов я держала перед приоткрытой дверью банкетного зала. За ней смеялись. Я опоздала на день рождения мужа на сорок минут: с четырёх утра сама пекла ему этот торт. Уже взялась за ручку, когда среди смеха услышала его голос — громкий, сытый, праздничный.
— Санька ещё где-то тащится. Свинья. Вот бы совсем не пришла: усядется, половину стола займёт. Мне её перед людьми показывать стыдно, честное слово.
Смеялись все сорок человек — наши общие друзья и его партнёры. Затем сквозь их голоса пробился молодой, звонкий женский голос.
— Николай Степаныч, да что вы! Ей же некогда: она свои пирожные вёдрами ест.
И снова смех.
Мне пятьдесят лет, я вешу сто четыре килограмма. Как выгляжу, знаю: напоминания об этом слышу ежедневно. Но в зал я тогда не вошла. Оставила торт на банкетке в коридоре и достала телефон. Два месяца мой палец останавливался над одним номером. Теперь я его набрала.
— Андрей Григорьевич, это Александра Васильевна.
— Делайте всё.
В 20:32 муж, именинник и хозяин жизни, уже стоял с бокалом. Щёлкнув пальцами официанту, он крикнул:
— Всем самое дорогое шампанское! За мой счёт!
Он протянул платиновую карту. Со времени моего звонка прошло восемнадцать минут, и карта уже не работала. Не сработали и две следующие — вторая, третья. Потом появился курьер с жёлтым конвертом. Муж побледнел настолько, что загар из солярия оказался бессилен.
Пятнадцать лет он уверял весь город, что содержит меня. Только хлеб, которым он питается, пеку я. Об этой мелочи он забыл.
Я толстая. Можно говорить «пышная», «в теле», «аппетитная» — вежливость изобрела немало слов. Мои цифры от этого не меняются: сто четыре килограмма, рост сто шестьдесят семь, размер пятьдесят шесть. В городе я знаю зеркала, возле которых лучше не задерживаться, и магазины, где мне скажут: «У нас для вас ничего нет». Знаю и тон, которым это произнесут.
На фотографиях от меня остаются плечи и голова: я всегда встаю за чьей-нибудь спиной. В самолёте прошу удлинитель ремня шёпотом, но стюардесса непременно уточняет вслух. За столом, в гостях или ресторане, ограничиваюсь двумя листиками салата и объявляю, что наелась. Худой женщине позволено проголодаться. Если ем я — значит, жру.
На выбор платья для того вечера ушло два часа. Я остановилась на чёрном: оно якобы стройнит. Эту сказку знают все толстые женщины и всё равно ей верят. Рукава в три четверти скрывали руки выше локтей, а вырез оставлял грудь открытой. По выражению моего бухгалтера, грудь — единственное, что от лишнего веса досталось мне по делу.
Под платьем было утягивающее бельё. Десять лет я ношу его, дышу вполсилы, а к ночи на коже остаются красные полосы, как от ремня.
В тридцать пять лет я весила шестьдесят один килограмм. Мужу хватало двух ладоней, чтобы обхватить мою талию; он делал это и смеялся. Потом, в сорок, в щитовидной железе обнаружили нехороший узел. Её удалили целиком. Мне повезло остаться в живых, но без щитовидки приходится жить на таблетках, и тело перестаёт слушаться.
За два года прибавилось тридцать килограммов. Я пыталась вернуть прежний вес: голодала, занималась в зале, пока не падала, пила какие-то порошки. От них тряслись руки. Вес ненадолго снижался, потом опять рос.
— Александра Васильевна, хватит себя мучить, — сказал врач. — Вы не от обжорства поправились. За сохранённую жизнь пришлось заплатить весом.
Через год после операции муж увидел меня утром, когда я вышла из душа.
— Господи, Саша, хоть полотенце на себя накинь.
После этих слов он повернулся к стене. С того утра я закрываю дверь ванной, чтобы переодеться в собственном доме. Так прошло около девяти лет.
На моё сорокапятилетие он при гостях вручил мне напольные весы, перевязанные бантом. Засмеялись все. Я смеялась громче остальных. К весеннему празднику получила абонемент в фитнес-клуб, к Новому году — книгу «Минус двадцать за три месяца». Всё это муж называл заботой.
— Я ведь переживаю за тебя, Сашка. Запустила себя. Перед людьми неловко.
Последние шесть лет он не взял меня ни на один приём.
— Там же фуршет, всё время на ногах. Тебе тяжело будет.
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.