Оксана решила начать жизнь заново, но в купленном доме жила женщина с правом остаться там навсегда

Летом пришла выплата в рамках реабилитации. Компенсацией за три года заключения Оксана её не почувствовала. Часть судебных расходов закрыла, вложила деньги в предприятие, часть сохранила про запас.

Дом в Липовежье оставила. Каждые две недели они приезжали туда: Галина обходила сад, беседовала с соседями и неизменно везла обратно яблоки в пакете или банку варенья.

Однажды Оксана стояла возле калитки, у которой прежде нашла угрожающий конверт.

— О покупке не жалеешь? — спросила Галина.

— Нет. Хотя обременение досталось тяжёлое.

Старушка ткнула её локтем.

— Вот ещё!

— Меня предупредили: дом с бабушкой.

— Какая я тебе бабушка?

— Теперь моя.

Галина изобразила возмущение, но улыбку скрыть не сумела.

Осенью они вдвоём поехали на кладбище. Сначала к Алине. У фотографии дочери Оксана задержалась надолго, положив цветы.

После её смерти казалось, что жизнь кончилась, а тело по привычке продолжает двигаться. Потом пришли предательство, суд, колония; было Липовежье и женщина, доставшаяся ей вместе с дешёвым домом.

От Алины они поехали к Игорю. Галина положила цветы возле памятника.

— Игорёк бы тебя одобрил.

— Почему вы уверены?

— Чувствовал он людей.

— А я?

— Ты долго верила тем, кому не стоило.

Оксана не возражала.

Вечером вернулись в загородный дом. Ставя чайник, Галина заговорила:

— Вспомнила я: Антон-то тогда дом продать не мог. Покупатели от старухи с пожизненным проживанием разбегались.

— Правильно делали.

— А ты взяла.

— На другой денег не хватало.

— Вот тебе и любовь.

— Погодите. Потом выяснилось, что вместе с домом мне досталось самое ценное имущество.

— Какое ещё?

Оксана посмотрела на неё.

— Вы.

Галина махнула рукой.

— Ерунду придумала.

— Тогда возвращайтесь в Липовежье.

— Ещё чего!

Они засмеялись.

В гостиной на полке оставались фотографии Алины и Игоря. Вернуть их было нельзя, как нельзя было отменить три года колонии, предательство мужа и поступок сестры. Но Оксана уже не ждала, что прошлое каким-то образом переменится.

Компания снова была у неё, дом вернулся, имя было очищено. Вадим с Людмилой отвечали за сделанное. А напротив за столом сидела Галина Ивановна и сердито требовала пить чай, пока тот не остыл.

Когда-то Оксана смогла купить этот дешёвый дом потому, что чужая старушка имела право остаться в нём пожизненно. Дом в деревне теперь служил им запасным убежищем. Чужой Галина больше не была.