Начальник уволил главного бухгалтера после 24 лет работы, но на следующий день владелец собрал руководителей филиала

Гончар представился финансовым консультантом по реструктуризации активов. При Ковальчуке он должен был работать советником по новому инвестиционному проекту. Секретарь за стойкой ресепшена явно впечатлилась. Степан Андреевич пожал гостю руку с выражением человека, которому нравится уверенность собеседника. Даже редко улыбавшийся Максим Сергеевич рядом с консультантом заметно смягчался. Лариса тоже пожала протянутую руку и снова занялась документами.

На следующий день руководителей отделов собрали на презентацию Гончара. Он представлял инвестиционное партнёрство: «Векторкапстрой» был готов стать соинвестором двух объектов холдинга. Дополнительные деньги предлагались в обмен на часть прибыли.

Оформление презентации было красивым. Ларису занимали цифры. На одном из слайдов она увидела доходность объекта, который вела сама, и узнала расхождение с действительными показателями. Завышение было примерно на 18%. Вслух она ничего не сказала, только отметила в блокноте: «Объект три — расхождение».

Когда презентация закончилась, Гончар остался что-то обсуждать с директором. Лариса вышла последней. В коридоре её догнала Ирина.

— Лариса Петровна, как вам? Для компании ведь хорошо, что появятся новые инвестиции?

— Сначала надо посмотреть.

— А по вам и не скажешь, что вы рады.

— От цифр на слайде я радоваться не умею. Вот когда в отчёте всё сходится — тогда другое дело.

Ирина некоторое время молчала.

— Вы всегда так, — произнесла она наконец. Осуждения в голосе не было; скорее слышалось что-то похожее на уважение.

Вечером Лариса направила секретарю официальный запрос через внутреннюю систему: нужны копии документов о партнёрстве для проверки налоговой базы. Разрешения на такую работу спрашивать не требовалось. Контракты, по которым предполагалось движение денег, проходили через главного бухгалтера — это была её прямая обязанность.

Секретарь прислала файлы следующим утром. Открыть их удалось после обеда, когда Ирина ушла на совещание по закупкам и в бухгалтерии стало тихо. В дальнем углу сидел Дима, приехавший из столицы перенимать её функции. Он старательно изучал интерфейс новой системы и временами вздыхал.

Перед Ларисой были договор инвестиционного участия, устав «Векторкапстроя» и выписка из регистрационного реестра. Она читала, делая пометки. Регистрация — три месяца назад. Капитал — десять тысяч. Юридический адрес — бизнес-центр на окраине столицы, где числились ещё сорок семь организаций. Генеральный директор — Шульга Евгений Борисович, тридцать один год.

Ни подтверждённых завершённых проектов, ни реальных активов найти в открытых источниках ей не удалось.

Тогда Лариса подошла к стеллажу в углу кабинета. Папку с архивом семилетней давности нашла сразу: расположение бумаг помнила хорошо. Именно здесь лежал договор с подрядчиком, предложенным зятем Николая Алексеевича. Хранить его обязанности не было, она оставила на всякий случай.

Теперь оба договора лежали перед ней рядом. Схема в них совпадала полностью: крупный аванс под будущую прибыль, неопределённые гарантии, право соинвестора потребовать деньги назад досрочно, если условия существенно изменятся. Под столь широкое определение можно было подвести что угодно.

Лариса представляла, чем это могло закончиться. Договор подписан, деньги перечислены; потом выясняется, что партнёр — пустая компания, взыскивать с него нечего. Остаётся судиться с номинальным директором, у которого вместо имущества одни долги.

Когда она подняла глаза, за окном уже стемнело. Наступления темноты Лариса не заметила. Закрыла старую и новую папки, оставила рядом, достала чистый лист и принялась за аналитическую записку.

Писала последовательно, без спешки. Указывала пункты договора, отмечала конкретные несовпадения цифр и признаки того, что компания-партнёр может оказаться фиктивной. Такие записки она умела составлять: ничего лишнего, ни одного места, после которого читатель мог бы сослаться на непонимание.

Готовые листы Лариса скрепила с копиями документов, вложила в папку и надписала корешок: «К вопросу о договоре с Векторкапстроем».

За окном светили фонари. Вася, наверное, уже закончил смену; ночью дежурил Саша, читавший детективы и не отвлекавшийся на разговоры. Лариса надела пальто, взяла сумку вместе с папкой и выключила свет. Утром эту папку следовало положить перед Максимом Сергеевичем. О том, что случится затем, она не думала. Нужно было передать документы — это правильно, иначе она поступить не могла.

На первом этаже, куда её доставил лифт, Саша оторвался от книги.

— Засиделись сегодня, Лариса Петровна.

— Случается, — ответила она и вышла в ночь.