— Нет. Мама. Когда полиция вошла, она выпила что-то. Врачи говорят, похоже на отравление аконитом. Состояние тяжелое.
Нина закрыла глаза.
Валентина Павловна выбрала для себя тот же яд, которым убивала других.
— Мне приехать?
— Пожалуйста, — тихо сказал Олег. — Я в больнице, возле отделения интенсивной терапии.
Нина нашла мужа в длинном больничном коридоре. Он сидел на пластиковом стуле, глядя в одну точку. Рядом стоял Орлов с блокнотом.
— Что произошло? — спросила она, опускаясь рядом.
— При обыске нашли коллекцию ядовитых растений, — сказал Орлов. — Аконит, наперстянку, белладонну. Записи о дозировках, симптомах, способах применения.
— Когда это начали изымать, она выпила настойку, — глухо добавил Олег. — На глазах у всех. Сказала, что не позволит чужим женщинам разрушить ее семью.
Нина обняла его за плечи. Он дрожал.
— В спальне нашли альбом, — продолжил он через силу. — Фотографии Алёны. Софии. Твои. Перечеркнутые красным. Даты, дозы, симптомы. Она вела записи, Нина. Моя мать записывала, как травит женщин.
Орлов кашлянул.
— Еще нашли детскую колыбель и одежду для младенца. Похоже, она планировала после вашей смерти забрать ребенка себе.
Нина почувствовала, как ледяная пустота раскрывается внутри. Теперь все стало окончательно понятно: Валентина Павловна хотела не просто устранить невестку. Она собиралась занять ее место рядом с ребенком.
— Врачи говорят, шансы почти нулевые, — сказал Олег. — Доза слишком большая.
Нина не знала, как утешить человека, чья мать оказалась убийцей. Все слова казались маленькими и бесполезными.
— Вы оказались правы, — тихо произнес Орлов. — Две смерти годами считались несчастными случаями. Если бы не вы, правда могла бы так и остаться похороненной.
К вечеру состояние Валентины Павловны ухудшилось. Врачи разрешили Олегу войти к ней ненадолго. Нина ждала в коридоре, сжимая в пальцах маленькие деревянные бусины браслета, который когда-то купила просто как память.
Олег вышел минут через двадцать. Бледный. С пустыми глазами.
— Она призналась, — сказал он и сел рядом. — Сказала, что делала это ради меня и Романа. Что жены забирали нас у нее. Что она защищала своих мальчиков.
Нина молча взяла его за руку.
— А в конце…
