Первое свидание прошло у широкой городской реки. Они шли вдоль воды, махали катерам, смеялись над мелочами и удивлялись, как легко говорить почти с незнакомым человеком. Потом свернули в первое кафе на пути. Оно оказалось вегетарианским, и Мирон сперва растерялся, но Олеся улыбнулась так, что он решил остаться. Они пробовали непривычные блюда и чувствовали себя так, будто этот вечер давно был им обещан.
На втором свидании был ресторан, приглушенный свет и бутылка вина. Мирон смотрел в сияющие глаза Олеси и понимал: отпускать ее не хочет. После счастливого времени цветов, прогулок и долгих разговоров он сделал предложение на крыше многоэтажки. Олеся расплакалась и сразу сказала да. Свадьбу решили устроить без размаха, только для своих. Мирон позвонил Остапу, попросил приехать, и тот рассмеялся в трубку: как можно сомневаться, брат, конечно буду.
Остап приехал к новому дворцу бракосочетаний подтянутый, загорелый, с морской выправкой. На церемонии он не мог отвести глаз от невесты друга: темные волосы лежали по плечам, в прическе поблескивала диадема, белое платье казалось невесомым. Он сердечно поздравил молодых, хорошо погулял на празднике и подарки привез необычные. Среди них была вяленая соленая рыба…
Через несколько месяцев именно к этой рыбе Олесю потянуло с таким аппетитом, что Мирон сразу насторожился. Тест подтвердил беременность. Они смеялись, обнимались на тесной кухне, строили планы, а вскоре пошли на обследование. На экране оба почти ничего не понимали, пока врач не улыбнулась и не сказала, что детей будет трое: два мальчика и девочка.
Олеся побледнела.
— Трое?
Мирон крепко сжал ее руку.
— Вырастим всех. Слышишь? Всех.
Но у медицинского центра она все равно заплакала. Говорила, что сама живет от зарплаты до зарплаты, что дома больная мать с инвалидностью, что они еще не успели встать на ноги. Куда им трое сразу? Мирон слушал, не перебивая.
— Дети — это счастье, — сказал он наконец. — Я помогу твоей маме, найду подработку, буду работать больше. Не дам вам нуждаться.
Началось тревожное и светлое ожидание. После работы они гуляли в парке, мечтали о большом доме, хотя пока ютились в квартире, где каждый лишний шкаф мешал. На восьмом месяце врачи предложили Олесе лечь на сохранение. Тройня могла появиться раньше срока, и она согласилась…
