Днём Остап вновь отправился к старым производственным корпусам. Снаружи всё выглядело покинутым, однако из узкой щели между воротами поднималась тонкая струйка дыма, а за стеной иногда слышались приглушённые голоса.
Вскоре показалась Лидия Степановна. В тележке на этот раз лежали ношеная одежда и сложенное одеяло. Пока Остап наблюдал из укрытия, внутри засмеялась девушка, ей ответили несколько молодых голосов, а затем кто-то негромко заиграл на гитаре.
Услышанное не походило на угрозу, но и успокоиться мясник не мог. Возможно, молодые люди воспользовались добротой одинокой женщины и заставляли её содержать их. Остап вспомнил истории о мошенниках, умевших втереться в доверие к пожилым людям, и решил больше не действовать в одиночку.
Его сосед Тарас служил участковым и хорошо знал жителей окрестных кварталов. Тем же вечером Остап пришёл к нему и подробно рассказал о странных покупках, выдуманном возвращении Богдана, ночном сборе вторсырья и визитах в заброшенный цех.
Тарас выслушал, не перебивая. Затем нахмурился и сказал:
— По отдельности всё можно было бы объяснить, но вместе это выглядит тревожно. Сегодня ночью сходим туда и посмотрим, что происходит. Пока без формы и лишнего шума.
После полуночи мужчины приблизились к воротам. Внутри снова звучала гитара, иногда раздавался смех. Через щель падала полоска тёплого света, а ветер приносил густой запах варёной говядины.
— Это то самое мясо, которое я разделывал утром, — прошептал Остап.
Тарас осторожно шагнул ближе. В эту минуту из-за ворот донёсся ласковый голос Лидии Степановны:
— Ешьте досыта, мои хорошие. Сегодня еды хватит всем, никто голодным не останется.
Остап замер. В голосе женщины не было ни страха, ни вынужденной покорности. Так говорила мать, заботливо усаживающая семью за стол.
Тарас приложил палец к губам и медленно потянул створку. Ржавые петли протяжно скрипнули, но звук утонул в музыке. Мужчины заглянули внутрь и увидели большую группу юношей и девушек в поношенной одежде. Их лица были измождены, волосы давно не стрижены, но вокруг большого стола царило непривычное для этого мрачного места спокойствие.
У одного парня была перевязана рука, рядом сидела девушка в инвалидном кресле. В углу потрескивала небольшая железная печь, над огромным котлом клубился пар. Лидия Степановна разливала горячую похлёбку и каждому старалась положить кусок мяса побольше.
— Набирайтесь сил, — приговаривала она. — На улице холодно, а здесь вы должны согреться.
Один из юношей с трудом проглотил подступившие слёзы.
— Спасибо вам, матушка.
Только теперь Остап понял, для кого предназначалась вся эта говядина. Перед ним были люди, оставшиеся без дома, а Лидия Степановна кормила их за собственный счёт. Но стоило мужчинам войти, как ложки перестали стучать, музыка оборвалась, а несколько испуганных ребят вскочили со своих мест…
