— Работай. Мне нужны адреса. Кравченко, Гнатюк, Шевченко. Телефоны. Все, что есть. К вечеру.
— Хорошо.
— И еще, Тарас, — остановил я его, прежде чем он повесил трубку. — Видеозапись, которую они сделали. Где она может быть?
— Или у Кравченко, или уже у Шевченко.
— Значит, обе точки.
— Обе точки, — согласился Тарас.
В пять вечера я поехал в город. Не домой. На один из своих складов на окраине.
Там, в маленьком офисе, за металлической дверью, у меня сидел Артем. 52 года. Лысина.
Маленькие круглые очки. Официально — бухгалтер, а еще человек, который знает о моих финансовых потоках все. Артем работает со мной с 91 года.
Он единственный человек, который знает мой бизнес целиком. Я сел напротив него и сказал:
— Артем, мне нужно посмотреть на этот район. Кто там сейчас работает? Кто платит? Кто кому должен?
Артем снял очки, посмотрел на меня поверх стола.
— Давно не слышал такого вопроса от тебя, — сказал он.
— Давно не было повода.
— Что случилось?
Я сказал ему минимум, только то, что нужно. Артем надел очки обратно, открыл верхний ящик стола. Достал другую папку, не ту, что лежала сверху.
— Этот район, — сказал он. — Значит, смотрим.
Следующие полтора часа я сидел и слушал.
Артем раскладывал передо мной карту связей, как опытный картограф разворачивает свиток. Кто держит рынки? Кто платит за крышу? Кто связан с городской администрацией? Где проходят серые потоки? В этом районе было двое интересных персонажей. Первый — Назар Павленко: торговля строительными материалами и еще кое-что по мелочи.
Он был человеком Руслана Бондаренко, которого я знал еще с начала девяностых. Руслан был мне должен — старый долг, неденежный, другого рода. Второй — директор торгового центра, некий Ярослав Бойко, который платил за место через цепочку посредников, конечным звеном которой был я. Он об этом, конечно, не знал.
— Вот здесь.
Я ткнул в одно место на схеме.
— Кто стоит за этим потоком?
Артем посмотрел.
— Вадим Полищук. Работает в городском комитете по имуществу. Небольшой человек, но через него проходит несколько интересных согласований.
— Полищук сейчас под кем?
— Под Черненко, заместителем мэра по экономике.
— Черненко я знаю, — сказал я. Черненко был осторожным, умным человеком, с которым мы несколько раз пересекались по делу. Не враг и не союзник — прагматик. Хорошо, это пока не нужно, но пусть будет.
К восьми вечера у меня был полный пакет от Тараса. Адреса, телефоны, распорядки. Кравченко жил в двухкомнатной квартире в типовом доме на одной из городских улиц.
Жил один, не женат. Машина — та самая серая легковушка с местными номерами. У Гнатюка — семья.
Частный дом на окраине, двое детей. У Шевченко — маленький офис в центре, на третьем этаже бизнес-центра «Кристалл». Я изучил все это, разложил на столе, смотрел.
Первый импульс, тот, что возник еще в половину второго ночи у мигающего фонаря, говорил: «Сейчас. Немедленно. Дать команду и закончить это за сутки. У меня есть ресурсы. У меня есть люди. Это можно сделать быстро и чисто».
Я погасил этот импульс. Не потому, что испугался. Потому, что это было бы неправильно.
Неправильно стратегически и неправильно по существу. Кравченко и его люди — маленькие злодеи. Мелкие, наглые, уверенные в своей безнаказанности.
Убрать их физически — значит потратить патрон на воробья и дать всем остальным сигнал, что Сокол снова работает по старым правилам. «Это разрушит все, что я строил шесть лет». Нет.
Они должны получить то, чего заслуживают. Настоящим образом. Через систему.
Через суд. Через приговор. Через тюрьму…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» ниже👇👇👇
