Жизнь без прикрас— Вы просили показать план ремонта. Вот он.
Лидия читала долго. Закрыв папку, сказала:
— Значит, иск к брату. К тому самому, который мне тогда звонил.
— К нему.
Помолчав, Лидия сделала запись в бланке — аккуратно, ровным почерком.
— Проверку закрываю. У детей удовлетворительные условия, опасности для их жизни и здоровья нет. Ремонт организован. Посторонний взрослый угрозы не представляет. По этому обращению я к вам больше не приеду.
Александра закрыла глаза. То, что целый месяц теснило грудь, понемногу отпускало.
Уже на пороге Лидия остановилась.
— А варежки вы моей маме свяжете? Руки у неё мёрзнут. Сама больше не может вязать, пальцы не слушаются.
— Конечно. Свяжу.
— Сколько возьмёте?
— Для вашей мамы — ничего.
— Нет, — твёрдо ответила Лидия. — Я при должности, мне нельзя так. Скажите, сколько стоит.
Александра назвала цену. Лидия кивнула и ушла.
В апреле они с Виталием ехали на суд автобусом. Александра держала папку и смотрела на поля: чёрная земля, полосы ещё не стаявшего снега. С крыш уже текло вовсю, на дороге в райцентр разлились лужи по колена. Наденьку оставили дяде Мише и его жене; Максим был в школе, Таня — в садике.
Анатолия сопровождал пожилой адвокат в сером костюме, с толстым портфелем. С самого начала он говорил уверенно и громко:
— Мой доверитель помогал сестре по её просьбе, из родственных чувств. Можно сказать, безвозмездно. Договор лишь оформлял эту помощь. Старые балки вывезли с разрешения собственника: против утилизации возражений не было.
— Утилизации? — Судья, женщина лет пятидесяти с короткой стрижкой, повернула голову; качнулись серебряные серьги-колечки. — В расписке указана продажа за значительную сумму. Вы это называете утилизацией?
Адвокат на секунду умолк.
— Мой доверитель считал, что вправе распорядиться вещами, от которых хозяин отказался. Согласие было устным.
— Истица, вы отказывались от этих балок?
— Нет. Мне даже не было известно, что их увозят.
Судья кивнула, записала ответ. Затем к трибуне вышел Денис. Свою синюю шапку он снял только после её просьбы. Он объяснял, какой лес считается некондиционным, почему для перекрытий такой материал не годится и отчего старую лиственницу не следовало менять. Адвокат пытался сбить его вопросами об образовании и стаже, но Денис отвечал спокойно, последовательно.
Следующим вызвали Фёдора Олеговича. Приглаживая бороду, он вошёл и сразу посмотрел на Анатолия.
— Этот продавал, — сказал он, не дождавшись вопроса. — На чёрной машине ко мне приезжал, хозяином дома назвался. Я его теперь всю жизнь помнить буду: он мне ещё и сдачи не додал.
Кто-то в зале хихикнул.
Адвокат попросил перерыв. Вернулся он уже без Анатолия, долго говорил с Вероникой вполголоса. Она слушала, кивала, затем подошла к Александре.
— Предлагают мировое соглашение. Полностью оплатят новое перекрытие, проданные балки и судебные расходы вместе с экспертизой. Взамен он хочет, чтобы вы отозвали заявление из полиции.
Александра долго не отвечала.
— Но я не могу его отозвать. Теперь ведь не от меня зависит, а от полиции.
— Верно, — сказала Вероника. — При такой сумме дело о мошенничестве по просьбе потерпевшей не прекращают. Но возмещение и ваше отношение к нему учтут. Заплатит — это смягчит приговор. Так ему и объясню.
— Ещё одно условие: пусть вернёт балку.
— Какую?
— Из бани Фёдора Олеговича. С именами моих детей. Покупателю пусть отдаст деньги, а её привезут обратно в мой дом.
Вероника посмотрела поверх очков и кивнула.
— Передам.
Через две недели соглашение подписали. Анатолий не явился, за него подпись поставил адвокат. Александра сидела напротив и читала ровные строки: возмещение за перекрытие, за проданные балки, расходы на экспертизу. В самом конце стояло отдельное условие: «Ответчик возвращает покупателю сумму, уплаченную за бывшую в употреблении балку с вырезанными именами; балка передаётся истице».
— Необычное условие, — сказала судья, перечитывая. Колечки в ушах качнулись. — Раньше с таким не встречалась.
— Для меня это больше, чем балка.
Судья долго смотрела на Александру, затем утвердила соглашение.
На судебных ступенях Вероника пожала ей руку.
— На перевод денег у него месяц. Если не заплатит, возьмём исполнительный лист, и деньги взыщут со счёта предприятия. Но, думаю, до этого не дойдёт. Ему теперь важно показать следователю, что ущерб возмещён.
— А дело в полиции?
— Возбудили. Впереди уголовный суд. Если ущерб погасит, с учётом того, что прежде не судим, скорее всего, получит условный срок и штраф. Но судимость останется. — Вероника помолчала. — Ещё двое рабочих обратились из-за невыплат. Придётся ему рассчитываться со всеми.
— А Виталий?
Поделитесь впечатлением от истории
0Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.