Первого пса, худого и едва живого, она нашла возле мусорных баков год назад. Он был настолько слаб, что не мог даже поднять голову. Вера Семёновна назвала его Бимом, выходила, выкормила, отогрела.
Потом появились ещё трое — Найда, Гром и Рыжий. Они тоже погибали на улице от голода и холода. Старушка не смогла пройти мимо. Она кормила их, лечила, тратила на них почти всю свою маленькую пенсию.
Собаки отвечали ей тем, чего она давно не получала от людей: преданностью, теплом и настоящей любовью. С ними Вера Семёновна коротала дни и уже не чувствовала себя такой одинокой.
— Спасибо вам, мои хорошие, — говорила она, гладя лохматые головы. — Хоть вы меня не бросаете.
Соседи её доброты не понимали.
— Совсем старуха из ума выжила, — шептались в подъезде. — Из-за её волкодавов домой страшно заходить.
Кто-то говорил это за спиной, кто-то бросал злые слова прямо в лицо. Но всё это было ничем по сравнению с болью, которую причинил родной внук. По закону Вере Семёновне нечего было бояться. Квартира принадлежала ей, и любой суд встал бы на её сторону. Но Роман так запугал старушку, что она вздрагивала от каждого громкого хлопка двери и даже думать не могла о полиции или суде.
Для большего страха он повесил на стену календарь и заставил её каждый день отрывать листок. Каждый сорванный лист означал одно: отведённый год заканчивается, а вместе с ним заканчивается и её право оставаться в собственной квартире.
Вера Семёновна решила твёрдо: она не будет ждать дня, когда Роман вернётся. Она уйдёт раньше. Только не в дом престарелых. Она уйдёт к своим любимым — к мужу Алексею и сыну Петру…
