Я вернулась в свою квартиру, но свекровь уже выбрасывала мои вещи с балкона

Я смотрела на неё, не понимая: как можно опять помогать ему после всего, что он сделал? Светлана Романовна подняла на меня совершенно сухие глаза, словно услышала мой невысказанный вопрос.

— Чтобы он не пошёл искать другую дуру. Со мной ты будешь знать место и время. Откажусь — подыщет кого-нибудь ещё, а до тебя всё дойдёт слишком поздно. Одной глупости с меня достаточно.

Из коридора доносилось гудение пылесоса горничной, с улицы — вечерний городской шум. В номере больше ничего не было слышно. Я подошла к окну. Напротив стоял мой дом, темнел прямоугольник балкона. Решение пришло прежде, чем я успела его как следует обдумать.

— Ладно. Идите, как договорились с ним. Я тоже приду — но за колоннами прятаться не стану. Подойду к окошку и посмотрю прямо на женщину, которая собирается стать мной.

— Его посадят.

Светлана Романовна не спрашивала.

— За то, что он сделал. Ни вы, ни я его в тюрьму не отправляем. А вы завтра впервые за долгое время поступите по собственному разумению, как считаете правильным. Не по чьей-то команде.

Она ничего не ответила. Только когда я дошла до двери, вслед мне прозвучало тихое, почти виноватое:

— После пятницы напишу на него заявление. Сначала хочу увидеть его глаза, когда он поймёт.

Прямо из гостиничного коридора я связалась с Фёдором Никитичем. Выслушав, он сказал:

— Теперь оснований достаточно. Подключим отдел по экономическим преступлениям — они за фирмой Дубровского давно охотятся. От вас завтра требуется прийти, назвать себя и оставаться рядом со мной. Дальше работа наша.

— В одиннадцать ровно буду. Но за вашу спину вставать не собираюсь.

Участковый вздохнул. Так выразительно, что мне почти послышалось знакомое постукивание ручки о подбородок. Спорить он не стал.

В пятницу утром я проводила Дениса в школу. Он уже давно ходил один и считал, что провожать положено только первоклашек. Возле школьных ворот, на другой стороне дороги, стояла знакомая тёмная машина — та самая, что была у нашего забора в день, когда с балкона летели вещи. Номера заляпаны грязью, стекло опущено, за ним виднелся чей-то затылок.

Притворяться, будто я её не узнала, я не стала. Дениса отправила внутрь и дождалась, когда закроется дверь. Потом встала напротив машины с телефоном. Пусть сидящий за стеклом видит и звонок, и то, куда направлен мой взгляд: на номер.

— Фёдор Никитич, у школы на Яблоневой опять та машина, что дежурила возле моего дома, — произнесла я громко, выговаривая каждое слово. — Даю ей пять минут. Не уедет — лягу на капот. Потом будут объяснять, зачем давили директора лифтовой фирмы возле начальной школы.

— Патруль всего в двух кварталах. Сейчас подъедут.

Обошлось без патруля. Стекло закрылось, заработал двигатель. От бордюра машина отошла медленно, будто оказывала мне услугу, и исчезла за поворотом.

Оказалось, Денис наблюдал за мной из окна раздевалки. Уже вечером, когда всё закончилось, он спросил:

— Мам, ты бы правда на капот легла?

— Нет, — честно ответила я. — Но иногда хватает того, что противник поверит: ты можешь пойти на всё.

— Психологическая жертва, — с видом знатока кивнул сын. — В шахматах так называют.

По пути на Ремесленную пришло сообщение от Виктора — первое за утро и последнее, отправленное им на свободе: «Оксана, сегодня никуда не выходи. Сиди дома с Денисом, пожалуйста».

Я прочла его два раза. Он пытался уберечь нас или хотел удостовериться, что я не вмешаюсь? Ответа я так и не нашла. В конце концов это перестало иметь значение. Телефон отправился в сумку, сообщение осталось без ответа.

Центр оформления документов встретил нас запахом только что вымытого линолеума. Такой казённый запах бывает во всех конторах, будто его производят на одном заводе и развозят в канистрах. За стеклянными стенами огромного зала тянулись ряды пластиковых кресел, над ними мигали номера электронной очереди.

Мы пришли в 10:55. Наклонившись ко мне, Фёдор Никитич взглядом указал на двух неприметных мужчин в куртках возле стенда с бланками, затем на молодую женщину с папкой рядом с автоматом выдачи талонов.

— Наши.