Виктор ждал у подъезда. Увидев лицо Натальи, он не стал спрашивать, поверила ли мать. Ответ был очевиден. Невестка села рядом и произнесла:
— Хуже, чем если бы не поверила. Она поняла, что всё правда, и всё равно выбрала их.
По дороге Наталья пересказала слова о слабой Инне и сильной старшей дочери. Виктор с силой ударил ладонью по рулю. Он назвал Людмилу слепой и эгоистичной: спасая одну дочь от ответственности, она сознательно топит другую. Наталья не поддержала его гнев. Внутри не осталось сил даже на обиду.
Было около половины десятого. Архив уже открылся, но план казался бессмысленным. Они не знали фамилии Надежды, отдела, номера фонда. Виктор помнил только имя из блокнота и рассказы Тамары многолетней давности. Даже если подругу удастся найти, тихая служащая вряд ли подготовит для посетителей материалы спорного дела и поставит под угрозу работу.
Они свернули на тихую улицу неподалёку от архива и остановились у пустого сквера. Наталья смотрела через стекло на утренний город. Через несколько часов квартира могла перейти номинальному покупателю Коршуна, а на следующий день Сергей и Инна собирались улететь. Она останется без дома, накоплений и семьи — сильная женщина, которая якобы способна перенести всё.
Виктор положил коричневый дневник и чёрный блокнот на приборную панель. Он вслух повторил, что Тамара всегда отличалась последовательностью и не записывала важный факт без цели. Если она выяснила историю земли, то должна была продумать следующий шаг. Одной строчки о сохранённом архивном деле было недостаточно.
Он снова перечитал последнюю страницу, медленно проводя пальцем по словам. «Подруга хранит оригинал». Не «видела» и не «знает, где лежит», а именно «хранит». Тамара была уверена, что Надежда не отдаст дело на уничтожение и поможет, когда придёт время.
Постепенно Виктор стал вспоминать вслух рассказы жены. Надежда Павловна дружила с Тамарой с юности. Была тихой, избегала начальства и любых конфликтов, говорила негромко и всегда держалась в стороне. При этом Тамара называла её человеком со стальным стержнем: если Надежда давала слово, страх не заставлял её отступить.
Из этих воспоминаний складывался ответ: Тамара не просто собирала сведения, а заранее готовила надёжную подругу к моменту, когда сама уже не сможет защитить квартиру Натальи.
Наталья боялась снова надеяться. За последние двое суток каждая надежда оборачивалась новым ударом: медальон разоблачил сестру, но мать обвинила Наталью; пункт договора обещал защиту, но фальшивая доверенность обошла его; запись Инны раскрыла шантаж, но не остановила сделку. Ещё одно разочарование могло лишить её последних сил.
— Если Надежда откажется, мы окончательно проиграли, — сказала она.
— Мы проиграем, если не спросим, — ответил Виктор. — Тамара оставила не просто заметку. Она оставила указание тому, кто найдёт блокнот. Возможно, именно нам.
Он посмотрел на часы. Времени на сомнения не было. Наталья убрала телефон, доверенность и записку Сергея в одну папку, а чёрный блокнот прижала к груди. Все доказательства, которые по отдельности казались слабыми, вместе рассказывали последовательную историю. Надежда должна была увидеть, ради чего рискует.
Когда Виктор наконец завёл двигатель, до десяти оставались считаные минуты; до архива было несколько кварталов. Наталья мысленно подбирала слова. Нельзя было требовать от незнакомой женщины нарушить правила или спасать чужую квартиру. Следовало попросить только законные копии и напомнить об обещании, если такое обещание действительно существовало.
Здание архива стояло в старой части города. Потемневший камень, высокие окна, стёртые ступени. Внутри пахло пылью, бумагой и прохладой закрытых хранилищ. За длинной деревянной стойкой сидела пожилая сотрудница. Услышав просьбу позвать Надежду Павловну, она спросила фамилию и цель визита.
Виктор назвал Тамару Левченко. Сотрудница заметила, что хранитель сейчас работает с фондами и посетителей не принимает. Тогда он попросил передать только одно: пришли муж Тамары и её невестка, речь идёт об обещании, данном перед смертью.
Женщина за стойкой долго изучала их лица, затем скрылась за тяжёлой дверью. Минуты тянулись мучительно. Наталья была уверена, что сейчас выйдет начальник и потребует покинуть помещение. Но дверь наконец открылась. На пороге появилась невысокая седая женщина в сером рабочем халате; простые очки висели у неё на шнурке. Она смотрела на посетителей со страхом и узнаванием одновременно…
