Это почти сильнее разбивало ей сердце, чем сам роман. Потому что означало: он действительно считал её предсказуемой.
Каждый вечер Алина сидела напротив него за кухонным столом и делала вид, что обсуждает бытовые мелочи. На самом деле она изучала его как чужого человека. Замечала, как осторожно он подбирает слова. Как часто прячет собственную выгоду под разговоры о семье.
— Нам лучше быстрее продать квартиру, пока условия снова не изменились.
— Тебе не нужно вникать во все финансовые детали, ты и так вымотана.
— Я просто хочу, чтобы всё прошло уважительно.
Уважительно.
Это слово стало его маской.
Тем временем Ирина Сергеевна и привлечённый ею финансовый специалист осторожно тянули за ниточки, которые Денис, очевидно, считал надёжно спрятанными.
К концу первой недели выяснилось, что всё гораздо хуже, чем Алина предполагала. Скрытые инвестиционные счета были только началом. Денис переводил бонусы через небольшую фирму, косвенно связанную с Еленой. Крупные суммы проходили как оплата консультационных услуг через счета, о существовании которых Алина раньше даже не подозревала.
В четверг днём Ирина Сергеевна позвонила после изучения очередной пачки документов.
— Ваш муж либо чрезмерно уверен в себе, либо уверен, что вы испугаетесь и не станете сопротивляться.
Алина стояла у шкафа с медикаментами в клинике и крепко держала телефон, пока вокруг торопливо проходили коллеги.
— Он может уйти от ответственности?
— Нет, если мы всё правильно зафиксируем.
Алина закрыла глаза.
До этого момента какая-то часть её ещё надеялась на ошибку. На объяснение, которое позволило бы сохранить хотя бы маленький кусок того человека, за которого она выходила замуж.
Но цифры не умеют жалеть.
Они просто существуют.
И эти цифры были уродливыми.
В тот вечер Денис вернулся домой необычно оживлённым.
— Я забронировал столик на пятницу, — сказал он, снимая галстук в прихожей.
Алина подняла взгляд с дивана.
— Зачем?
— Поужинаем. В нормальном месте. Думаю, перед встречей на следующей неделе нам стоит поговорить.
Она едва не рассмеялась.
Он снова пытался сделать её мягче.
— Хорошо, — тихо ответила она.
На долю секунды его лицо выдало облегчение.
Место, которое он выбрал, было из тех, где приглушённый свет, дорогие напитки и пары, делающие вид, что не замечают телефоны друг друга. Алина надела чёрное трикотажное платье и почти не красилась — достаточно, чтобы выглядеть собранной, но не так, будто она старалась ради него.
Денис заметил сразу.
— Ты хорошо выглядишь.
— Спасибо.
Первые двадцать минут они говорили о безопасном. Об оценках Киры, нехватке персонала в клинике, о том, у кого после развода останется собака. Разговор был странным, словно два актёра по памяти играли сцену из чужого брака.
Потом Денис осторожно откинулся на спинку стула.
— Я понимаю, всё это непросто, — сказал он. — Но мне кажется, мы справляемся лучше многих.
Вот он, его любимый сценарий.
Мы взрослые. Цивилизованные. Справедливые.
Алина посмотрела ему прямо в глаза.
— Ты правда так думаешь?
