Копирование запрещено

Тексты Realish защищены авторским правом. Публиковать их на других сайтах, в соцсетях и группах без разрешения редакции нельзя.

Копии в Facebook мы обжалуем: их удаляют, а за повторные нарушения страницы и группы могут заблокировать.

Поделиться историей можно ссылкой.

Три года Оксана ухаживала за дедом, но после его смерти родные выгнали её из дома вместе с унаследованной овчаркой

Часть 5 из 9

— Чёрт! — Андрей шарахнулся назад. — Снова эта шавка! Пошёл вон! Убирайся, слепой!

Не переставая рычать, Барсик медленно сделал шаг. Андрей отступил, зацепился за ступеньку, выпустил сигарету и бросился в дом. Дверь захлопнулась.

— Мам, этот бешеный псих опять тут бегает! — крикнул он уже изнутри. — Завтра живодёров вызову, вот клянусь!

Василий Иванович помог мне выбраться. Довольный Барсик прижался носом к моему колену.

За найденными бумагами мы просидели у соседа на кухне до полуночи. На дарственной стояли подписи деда и моя. Сначала я не могла вспомнить, когда успела подписать её. Потом перед глазами возник мартовский день и лист, который дед протянул мне.

— Оксана, подпиши. Для пенсии надо. Доверенность.

Тогда я даже не прочла, под чем расписываюсь. Теперь смотрела на дарственную. Вот какой оказалась та доверенность.

Кроме неё, на столе лежали выписка, квитанции об уплате пошлины и дедово письмо. Конверт с надписью «Вскрыть при всех» я оставила заклеенным.

— Верно, — одобрил Василий Иванович. — Пока рано. Саша велел при всех открывать — так и сделаем.

Нас с Барсиком он устроил в летней кухне. Там нашлись печка и раскладушка; из небольшого окна был виден дедов двор.

— Сиди здесь, наблюдай, — сказал Василий Иванович.

Этого хотел дед. Я смотрела две недели.

На третий день у ворот остановился новый чёрный BMW. Андрей выбрался из него в тёмных очках — солнца между тем не видели с начала октября. Обошёл покупку, провёл ладонью по капоту и позвал мать:

— Мам, зацени зверя! Под наследство взял. В банке даже справок не понадобилось: показал копию завещания — ещё немного, целоваться бы полезли!

Тётя Наталья ахнула, выскочив на крыльцо, и тут же принялась фотографироваться возле машины. Спустя час снимок уже красовался на её странице: «Сыночек купил машину мечты. Дедушка бы гордился».

Гордился бы. Внуком, который за три года так и не стал помогать за ним ухаживать, хотя на ежегодные дни рождения приезжал вместе с остальными.

На пятый день во двор явились четверо рабочих с бензопилой и кувалдами. Тётя Наталья в пуховике распоряжалась, стоя посередине участка:

— Убрать всё. Сарай снести, мастерскую тоже. Эти яблони спилить: за ними ничего не видно. Покупателям газон нужен.

Яблонь было пять. Дед посадил их в год моего рождения, каждому внуку по дереву. С моей он каждую осень выбирал самые красные яблоки и отдавал мне: Оксанины.

Теперь за окном визжала пила. Моя яблоня повалилась, ломая ветви о забор. Василий Иванович курил рядом со мной и молчал; на щеке у него подёргивалась мышца.

— Потерпи, Оксана, — глухо произнёс он. — Ещё чуть-чуть осталось.

На мастерскую ушло два дня. Там дед шил сбрую; кожа, дёготь и табак пахли для меня детством. Я сидела на верстаке, болтала ногами в валенках и смотрела, как он работает. Теперь доски сбрасывали в общую кучу. Обвалилась крыша.

Тётя Наталья захлопала в ладоши.

На седьмой день она заметила меня за забором, когда я выводила Барсика погулять. Остановилась, уперев руки в бока.

— О, кого вижу! Приживалка всё ещё здесь. Чего отираешься? Высматриваешь, что ещё можно урвать?

— Меня поселил у себя Василий Иванович, — спокойно ответила я.

— У Василия? — она расхохоталась. — Уже нового деда подыскала! Молодец, Оксана, ловко работаешь, профессиональная сиделка. От старика к старику, а там, глядишь, и квартирка перепадёт.

— Наталья, закрой рот! — гаркнул Василий Иванович с крыльца; вороны сорвались с ближайшей берёзы.

— Не встревай, старый пень! И собаку свою на цепь посади. Андрюша сказал, она на него кидалась. Заявление на тебя напишу, живодёров позову! Пусть увозят бешеного.

Пустой угрозой это не оказалось. Уже на следующий день у соседской калитки стоял фургон с надписью «Служба отлова животных». Из него вышли двое в комбинезонах, с сетью и шестом.

— Жалоба поступила, — объяснил старший. — Бездомная бешеная собака по улице носится, на людей бросается.

Я принесла ветеринарный паспорт Барсика. Прививки были все, последняя — сентябрьская, на неё ещё дед сам его возил. Имелся микрочип. Владельцем в паспорте значился Коваль Александр Григорьевич; теперь по завещанию хозяйкой стала я.

А «бешеный» лежал возле моих колен, устроив морду на лапах, и сонно моргал единственным зрячим глазом…
Какое впечатление оставила история?
Выберите одну реакцию — её можно изменить.
Слово читателям

Поделитесь впечатлением от истории

0

Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.

Оставьте свой комментарийЗначок подберётся по имени сам — или .
Без регистрации

Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.

С вами случалось похожее?Расскажите свою историю — мы опубликуем её на Realish. Имена и места по вашему желанию изменим.Рассказать свою историю

Ещё из рубрики «Семья»

Все истории рубрики