Татьяна купила щенка у плачущей женщины, однако смена дома не избавила Рыжика от тоски по прежней семье

Виктор посмотрел на мячик, затем перевёл взгляд на свою больную руку. Татьяна оторвала взгляд от журнала. Она замерла на диване, боясь пошевелиться и спугнуть момент. Рыжик снова коротко гавкнул и сильно ткнулся влажным носом в скрюченные пальцы Виктора. Он активно призывал его к действию. Он настойчиво требовал внимания. Щенок начал тихо рычать, приглашая к игре, и снова с силой толкнул неподвижную руку носом.

Виктор закрыл глаза. На его лице ясно отразилась глубокая, тяжёлая внутренняя борьба. Татьяна чётко видела, как напряглась его здоровая левая рука, судорожно сжав плотную ткань пледа. Старик сделал очень глубокий вдох. Он перевёл пристальный взгляд на свою парализованную кисть. Лицо Виктора исказилось от неимоверного напряжения. Он стиснул зубы так сильно, что на его худых скулах выступили желваки. Крупные капли пота появились на его лбу.

Он отчаянно пытался отдать команду своему телу, ту самую команду, которую разрушенный участок мозга отказывался пропускать.

— Ну же, — прошептал Виктор сквозь стиснутые зубы.

Рыжик продолжал нетерпеливо скулить и толкать мячик носом всё ближе к руке. Татьяна подалась вперёд. Её богатый медицинский опыт кричал, что подобное движение абсолютно невозможно без длительной профессиональной физиотерапии.

Внезапно произошло то, во что Татьяна с огромным трудом могла поверить. Указательный палец на парализованной правой руке Виктора едва заметно дрогнул. Это было крошечное, почти невидимое движение. Мышечный спазм или осознанный сигнал. Виктор громко застонал от колоссального физического и психологического усилия. И тут его средний палец тоже дёрнулся. Пальцы сдвинулись буквально на пару миллиметров, отчаянно пытаясь коснуться жёсткой шерсти щенка и красного резинового мячика.

Татьяна резко вскочила с дивана.

— Ирина! — громко позвала она.

Ирина испуганно выбежала из кухни, на ходу вытирая руки полотенцем.

— Посмотрите на его руку, — прошептала Татьяна, указывая на Виктора.

Старик тяжело и хрипло дышал, словно только что пробежал длинный марафон. Его правая рука снова лежала абсолютно неподвижно, но он смотрел на неё с невероятным диким удивлением. Рыжик радостно лизал его неподвижные пальцы, словно хваля за отлично выполненную тяжёлую работу. Татьяна быстро подошла к креслу. Её сердце билось с бешеной скоростью.

— Вы почувствовали это движение, Виктор? — спросила она строгим тоном лечащего врача. — Вы сознательно пытались пошевелить рукой?

Виктор медленно поднял на неё глаза. В этих глазах больше не было прежней зияющей пустоты. Там ярко горел крошечный, но очень сильный огонёк жизни.

— Я очень хотел, хотел бросить ему этот мяч, — хрипло ответил старик.

Татьяна уверенно кивнула. Как нейрохирург она прекрасно знала о концепции нейропластичности. Мозг способен создавать новые нервные пути взамен повреждённых, если есть достаточно мощный внешний стимул. И сейчас этим спасительным стимулом стала не современная медицина, не дорогие заграничные препараты, а маленький лохматый щенок, требующий бросить ему мяч.

С этого исторического момента Татьяна ясно поняла свою новую главную задачу. Она больше не была просто доброй гостьей с собакой. Она решила стать личным лечащим врачом этого упрямого старика. И у неё был самый лучший в мире пушистый ассистент.

Впереди им всем предстояла колоссальная, очень тяжёлая работа, но теперь у них появился надёжный фундамент. У Виктора появилось самое ценное лекарство, которое невозможно купить ни за какие деньги. У него появилось желание бороться.

Весна медленно приходила в большой город.

Снег таял, превращаясь в серые лужи на разбитом асфальте. В этот субботний день Татьяна снова приехала в старую квартиру на окраине города. Рыжик, как обычно, первым забежал в открытую дверь. Он радостно вилял хвостом и громко лаял. За прошедшие недели щенок заметно вырос. Его движения стали более уверенными. Он больше не жался к ногам хозяйки, а чувствовал себя здесь полноправным членом семьи.

Татьяна сняла пальто и прошла на кухню. Ирина суетилась у плиты. Запах свежих пирогов с капустой наполнял тесную квартиру. Виктор сидел в своём кресле в гостиной. Татьяна сразу заметила перемены в его позе. Он больше не смотрел бессмысленно в окно. Он следил глазами за бегающим по комнате Рыжиком. То крошечное движение пальцами, которое произошло в прошлые выходные, зажгло искру надежды. Но до настоящего выздоровления было ещё очень далеко.