Для самой Катерины эта слава почти ничего не изменила. Она не думала о волках как о героях, хотя знала, что без них та ночь могла закончиться страшно. Для нее они оставались теми, кого она когда-то приняла в дом голодными и беспомощными. Она помнила, как ставила перед ними миски, как убирала первый беспорядок, как выбирала имена, как впервые услышала правду и все равно не смогла отказаться от них.
Мишко снова занял свое место рядом с ней, хотя двигался осторожнее. Плут продолжал ложиться ближе к двери, Гроза чутко реагировала на каждый чужой звук, а Непоседа иногда нетерпеливо переступал с лапы на лапу, будто в нем все еще жил тот маленький зверек, который переворачивал миски. Катерина смотрела на них и понимала, что преданность не всегда приходит в привычном облике. Иногда она появляется из лесной темноты, помещается сначала в ладонях охотника, потом в старых мисках на кухонном полу, а спустя годы встает между человеком и бедой.
Она спасла четырех осиротевших волчат, приняв их за щенков, а они, выросшие сильными и свободными по своей природе, не забыли тепла ее рук и голоса. В доме, который когда-то казался ей слишком пустым после потери мужа и отъезда дочери, снова было живое дыхание. И пусть деревня еще долго вспоминала ту осеннюю ночь, для Катерины самым главным оставалось не удивление людей, а тихое присутствие рядом тех, кого она полюбила без страха и сомнений.
