Чем глубже они уходили, тем яснее становилось, что человек, взявший волчонка, спешил и боялся. На коре оставались свежие задиры от железной пряжки. На снегу попадались комки серой шерсти.
Один раз Марина подняла обрывок мешковины с кислым запахом лекарства. Алексей шёл за ней и впервые не чувствовал унижения от того, что не он ведёт. Он слушал лес её ушами.
Она различала, где ветку сломал зверь, а где сапог, где кровь упала с лапы, а где — с человеческой руки. Дважды они останавливались и слушали. Лес отвечал не молчанием, а множеством малых звуков.
Капала талая вода с ветки. Где-то под снегом пробежал ручей. Тонкая вершина ели скрипнула о соседний ствол.
Каждый такой звук мог быть шагом человека. Каждый мог оказаться только лесом. Алексею приходилось удерживать себя от резких движений, потому что тело помнило другую тактику.
Заметил опасность, подавил, двинулся дальше. И здесь эта тактика могла всех погубить. Марина один раз обернулась и приложила палец к губам.
Он кивнул. Принять её знак оказалось труднее, чем пройти по сугробу с больным коленом, и полезнее. В одном месте следы круто свернули, и они увидели отпечаток волчьей груди в снегу.
Искра падала, вставала и всё равно тащила себя дальше. Алексей молча провёл пальцами по этому следу. В нём было больше мужества, чем во многих речах, которые он слышал на плацу.
Эти слова ударили Алексея мягко, но глубоко. Он подумал о Дмитрии. О том, что долг иногда становится камнем, который несёшь даже тогда, когда дорога давно кончилась.
Может быть, дело было не в том, чтобы сбросить этот камень. Может быть, надо было перестать держать его двумя руками и позволить кому-то идти рядом. Впереди снова пискнул волчонок, и мысль оборвалась.
Потому что живое всегда требует внимания раньше, чем мёртвое отпускает. Марина тихо сказала, что Василий однажды говорил то же самое о раненой рысе. Зверь не знает слова «долг», но иногда выполняет его чище человека.
Они пошли быстрее, насколько позволяли боль и осторожность. Они нашли её в овраге под старой кедровой сосной. Волчица лежала на боку, передняя лапа была зажата в ржавой дуге капкана, присыпанного свежим снегом.
Она пыталась не рваться, но каждое судорожное движение тела вдавливало железо глубже. Под её грудью, между лапами, шевелился светлый волчонок, грязный, мокрый, но живой. Искра закрывала его собой от ветра и от мира.
Когда Алексей шагнул ближе, она оскалилась, не узнав сразу. Боль делает память короткой. Он снял шапку, опустился на колени в снег, положил ладонь на землю.
«Это я, — сказал он. — Слышишь? Это я». Волчица дрожала.
Марина обходила сбоку, очень медленно, держа клещи открытыми. «Если дёрнется, мне откусит кисть», — произнесла она спокойно. «Если не дёрнется, у неё есть шанс сохранить лапу».
Алексей подполз ближе, чувствуя, как холод входит в мокрые штанины. Он не хватал Искру за шею, не давил. Просто заговорил низко и ровно, словами без большого смысла, про печь, про волчий дом, про то, что она сильная, упрямая, страшная.
«И пусть будет такой ещё десять зим, только сейчас пусть подождёт». Искра слушала не слова, а ритм. Её глаза бегали от его лица к рукам Марины.
Свет фонаря дрожал. Марина вставила клещи в пружину, металл скрипнул. Волчица взвыла и дёрнулась, но Алексей успел накрыть волчонка своим телом и удержать рядом с её мордой край одеяла, пахнущий домом и молоком.
«Ещё, — сказал он, — ещё немного». Марина стиснула зубы, нажала сильнее. Капкан раскрылся на палец, потом ещё.
Лапа выскользнула. Кровь пошла тёмной струёй по снегу. Искра не вскочила, сил не было.
Она только подтянула к себе волчонка и лизнула его так жадно, будто возвращала из смерти по капле. Алексей начал накладывать повязку, вспоминая движения, которые тело знало лучше головы. Марина держала фонарь и вдруг сказала:
«Тише». Сверху, с края оврага, хрустнула ветка. Потом посыпался снег.
Алексей погасил фонарь ладонью. В темноте слышалось чужое дыхание, тяжёлое, торопливое. Кто-то был над ними.
Алексей успел передать по рации, что они находятся в овраге под старой кедровой сосной. Иван ответил что-то неразборчивое, но сигнал уже глох за склоном. Искра подняла голову. Её глаза блеснули…👉Продолжение, нажмите на кнопку «Вперед» под рекламой👇👇👇
