После этого работали как положено: тринога, блок, носилки. Через час двадцать минут наверху оказалась Наташа — серая, как камень. Открытые глаза ничего не видели, на ноге была закреплена шина. Над толпой прошёл один общий вздох.
Роман вырвался к носилкам. Упал на колени, схватил правую руку жены, прижался лицом. Холодная безвольная кисть вздрогнула в его пальцах. Наташу свело судорогой, аппарат на носилках запищал.
— Отойдите! Потом, потом! Давление падает! — Врач плечом оттеснил Романа.
Носилки уносили к машине. Раиса Леонидовна смотрела на левую руку, свисавшую с края: потемневшая кисть так и оставалась кулаком. Даже без сознания Наташа её не разжала.
Последним выбрался Артём. Отстегнувшись, он снял каску и закурил. Роман вытер лицо и подошёл вплотную, повернувшись спиной к людям. Говорил негромко, но Раиса Леонидовна слышала: ноги больше не держали её, и она сидела рядом, прямо на откинутом стальном листе.
— Спасибо тебе, брат. До гроба обязан. Там внизу больше никого не было?
Артём выдохнул дым.
— Это как — никого?
— Там чисто? Ничего нет? Больше ничего не нашлось?
Голос звучал ровно, а пальцы, раз за разом проводившие по щеке, ровными не были.
— Вода, ил, камни. А что должно было попасться?
— Сумка, — после короткого промедления сказал Роман. — Её сумка с документами. Думаю, вдруг она с ней упала.
— Сумки нет, — ответил Артём. — Больше ничего. Она одна там была.
Роман ещё постоял. Снизу вверх Раиса Леонидовна наблюдала за ним, не понимая того, что видела. Жену только что достали живой, она дышала. Радоваться бы ему, плакать. Или бояться её слов — если верно то, чего сама Раиса Леонидовна боялась.
Но он отошёл на три шага и уставился в колодец. Так смотрят на распахнутую дверь своего дома, когда возвращаются и обнаруживают, что внутри кто-то переставил все вещи. Он был напуган. Только пугала его не Наташа — колодец.
Молоденький полицейский Виталий приехал с папкой и принялся выяснять, что произошло. Оксана повторяла одно и то же:
— Чудо ведь! Чудо! Ребёнок её нашёл.
— Как ты узнал, что мама здесь? — спросил Виталий, присев перед Толей.
Мальчик не поднимал глаз от земли. К ним подошёл Роман, опустился рядом с сыном и осторожно обхватил его плечи. Женщины, стоявшие поблизости, опять заплакали, глядя на его лицо. Говорил он негромко, однако каждое слово было слышно окружающим.
— Толя, Толенька, я не ругаюсь. Папа понимает. Вы ведь за яблоками с мамой сюда пришли? В четверг? Крышка на палочке держалась, мама захотела посмотреть вниз и упала. А ты от страха палочку вытащил, крышка и захлопнулась. Ты ещё маленький, какая с тебя вина? Испугался, людям не рассказал, зато потом воду маме носил. Герой ты мой. Только крышку-то зачем закрыл, сынок? Ну зачем?
Никто больше не разговаривал.
— Батюшки… Так вот оно как, — прошептал кто-то.
Раиса Леонидовна встала с железного листа. Она видела, как меняется мальчик: сперва он не понимал, затем смотрел на плачущего отца, и постепенно смысл сказанного стал доходить до него. Задрожал подбородок. Все шесть лет своей жизни Толя знал, что папа не обманывает и что ему всё под силу. Мальчик приоткрыл рот, перевёл взгляд на железо в траве. Ни согласия, ни возражения от него не дождались. Он замолчал совсем.
— Роман, — выговорила Раиса Леонидовна осевшим голосом, — этот лист четверо мужчин поднимали.
— Так он же на палке стоял, мать. — Роман даже не повернулся. — Весной проверял, сам подпирал. Палку и ребёнок вышибет.
Он подхватил сына. Толя повис на его плече, как мокрый пиджак, с открытыми пустыми глазами.
— Домой пойдём, родной, — сказал Роман. — Спасибо вам за всё, Рая Леонидовна. Не окажись вас рядом… Я ведь не забуду.
Поверх Толиного плеча Роман посмотрел на неё и улыбнулся всё той же улыбкой.
Когда машины разъехались, Раиса Леонидовна осталась на выселках одна. Мокрая верёвка оказалась никому не нужна. Подняв её, она впервые внимательно перебрала плетение: крепкая пенька, ручная работа, не магазинная. Аккуратную петлю на конце держала особенная тугая заделка. Так делали шахтёры.


















Поделитесь впечатлением от истории
1Комментарии появляются после короткой автоматической проверки. Пожалуйста, без ссылок, рекламы и личных данных.
Рядом с именем покажем страну — её определяем по IP-адресу; сам адрес не показываем, а для защиты от спама храним только его зашифрованный отпечаток.
Страшна розповідь , невже людина може так вчинити ?