Однажды вечером, когда Оксана возвращалась домой к Наталье после очередной встречи с адвокатом, ей позвонил незнакомый номер. Она сначала хотела не отвечать, решив, что это очередной рекламный звонок, но что-то заставило её всё же принять вызов.
«Оксана Петровна?» — раздался в трубке женский голос, звучащий одновременно вежливо и настороженно.
«Да».
«Меня зовут Лариса Ивановна, я племянница Петра Михайловича. Думаю, вы уже в курсе, кто я такая».
Оксана почувствовала, как сердце пропустило удар. Она остановилась посреди улицы, чувствуя, как холодный вечерний воздух пробирает её сквозь пальто.
«Да, я знаю, кто вы, — ответила она ровным голосом, стараясь не выдать своего волнения. — Чем обязана вашему звонку?»
«Думаю, вы понимаете, что я тоже получила уведомление об открытии наследственного дела, — сказала Лариса, и в её голосе прозвучали нотки сдержанной агрессии, тщательно замаскированной под вежливость. — Меня, честно говоря, крайне удивило, что дядя решил оставить всё имущество вам, а не мне, своей единственной кровной родственнице».
«Насколько я понимаю, завещание составлено по доброй воле Петра Михайловича, и его право распорядиться своим имуществом так, как он считает нужным, не подлежит обсуждению».
«Возможно, — сказала Лариса, и в её голосе появилась нотка холодного расчёта. — Но я хотела бы встретиться с вами лично, чтобы обсудить некоторые моменты. Мне кажется, будет разумнее решить этот вопрос по-хорошему, без судебных разбирательств, которые отнимут время и нервы у нас обеих».
Оксана почувствовала, как в ней просыпается настороженность вкупе с любопытством. Она понимала, что этот разговор может дать ей дополнительную информацию о планах Ларисы и, возможно, косвенно подтвердить или опровергнуть подозрения, изложенные в письме дяди Пети.
«Хорошо, — сказала она наконец. — Я готова встретиться. Где вам удобно?»
Они договорились встретиться на следующий день в кафе в центре города, в нейтральном месте, где обе стороны могли чувствовать себя относительно комфортно.
Положив трубку, Оксана сразу же позвонила Татьяне Романовне, чтобы рассказать о предстоящей встрече и получить совет, как правильно вести себя в подобном разговоре.
«Это интересный поворот, — сказала адвокат, выслушав рассказ. — Обычно подобные встречи затеваются либо для того, чтобы попытаться договориться о добровольном разделе имущества в обход суда, либо чтобы разведать позицию противоположной стороны перед судебным разбирательством. В любом случае советую вам вести себя максимально сдержанно, не давать никаких обещаний и уж тем более не подписывать никаких документов без предварительной консультации со мной».
На следующий день Оксана пришла в назначенное кафе за пятнадцать минут до встречи, чтобы успеть занять удобный столик и настроиться психологически на предстоящий разговор.
Она заказала себе чай и стала ждать, наблюдая за входом. Лариса появилась ровно в назначенное время — высокая, ухоженная женщина лет тридцати пяти, одетая дорого, но со вкусом, с уверенной, почти вызывающей манерой держаться.
Она сразу заметила Оксану, подошла к столику и села напротив без лишних приветствий.
«Рада наконец познакомиться лично, — сказала она с холодной улыбкой, которая никак не отражалась в её глазах. — Дядя много рассказывал о вас, хотя, признаться, я не до конца понимала, за что он так вас ценил».
«Взаимно рада знакомству, — ответила Оксана спокойно, стараясь сохранять максимальную выдержку. — Хотя, признаться, я тоже слышала о вас немало от Петра Михайловича и не могу сказать, что впечатление сложилось исключительно положительное».
Улыбка на лице Ларисы дрогнула на долю секунды, но она быстро взяла себя в руки.
«Полагаю, вы имеете в виду то, что он считал меня недостаточно внимательной племянницей. Что ж, у каждого свои представления о родственном долге. Я работаю, у меня своя жизнь, и не всегда получалось навещать его так часто, как хотелось бы».
«Понимаю», — сказала Оксана ровным тоном, хотя внутренне отметила лживость этого объяснения, вспоминая содержание письма покойного старика. «Так о чём вы хотели поговорить?»
Лариса слегка наклонилась вперёд, и в её взгляде впервые промелькнуло что-то похожее на неприкрытый расчёт.
«Давайте начистоту, Оксана Петровна. Я понимаю, что формально завещание составлено в вашу пользу и оспорить его будет крайне сложно, учитывая все предосторожности, которые предпринял дядя при его составлении. Но я также понимаю, что судебный процесс — это долго, дорого и нервно для обеих сторон. Поэтому я хочу предложить вам компромисс».
«Какой именно компромисс?» — спросила Оксана настороженно.
«Я предлагаю разделить наследство пополам, без суда. Вы получаете квартиру и половину денежных накоплений. Я забираю гараж с автомобилем, земельный участок и вторую половину денег. Так мы обе избежим долгих судебных тяжб, и каждая получит достаточно значительную часть имущества, чтобы быть довольной результатом».
Оксана внимательно слушала это предложение, чувствуя, как в её сознании складывается ясная картина мотивов Ларисы. Похоже, эта женщина действительно понимала, что оспорить завещание напрямую будет крайне трудно, и теперь пыталась получить хоть часть имущества другим путём, играя на предполагаемом желании Оксаны избежать конфликта.
«Позвольте мне уточнить. Вы предлагаете мне добровольно отказаться от значительной части имущества, которое Пётр Михайлович специально завещал именно мне, причём составил документ таким образом, чтобы защитить его от любых посягательств. Почему я должна соглашаться на подобный компромисс, если его воля изложена совершенно ясно?»
Лариса на мгновение прищурилась, и её тон стал заметно жёстче.
«Потому что судебные разбирательства могут затянуться на годы, Оксана Петровна. А у вас, насколько мне известно, скоро появится ребёнок, и вам понадобятся деньги уже сейчас, а не через несколько лет судебных тяжб. Не проще ли договориться сразу, получить свою часть быстро и без лишних нервов?»
Оксана почувствовала, как внутри неё нарастает холодное раздражение от этой попытки надавить на её материнские инстинкты и страх перед финансовой нестабильностью.
«Мне уже разъяснили мою позицию, — ответила она твёрдо. — Так что даже если вы подадите в суд, я готова ждать столько, сколько потребуется, и защищать завещание до конца».
Лицо Ларисы на мгновение исказилось от плохо скрываемого раздражения, но она быстро взяла себя в руки, вернув на лицо холодную вежливую маску.
«Что ж, воля ваша, — сказала она, вставая из-за стола. — Но помните, что я предлагала вам мирное решение. Дальше события будут развиваться уже иначе, а любой спор порой преподносит сюрпризы тем, кто слишком уверен в своей правоте».
Она развернулась и вышла из кафе, оставив после себя тяжёлое ощущение неприкрытой угрозы.
Оксана ещё некоторое время сидела за столиком, обдумывая произошедший разговор, а затем достала телефон, чтобы позвонить Татьяне Романовне и подробно рассказать о предложении Ларисы и её завуалированных намёках на некие сюрпризы, которые могут ожидать её впереди…
